Не один бриллиант, а россыпь – этакая гроздь.

Вот тут-то моё сердце и дрогнуло. Я не поклонница ювелирки, но, увидав подобное кольцо в магазине, точно бы запала.

– Невероятно, – выдохнула Симилия.

И уже деловито:

– Так! Дайте-ка мне!

Кстати, о личных границах – мне все эти контакты категорически не нравились! Но куда деваться? Вот и королеве, у которой при виде обновлённого кольца глаза заблестели, пришлось руку подать.

Она тоже попробовала, но ничего. Артефакт в очередной раз не поддался.

– Отлично, – буркнул принц. Меня удостоили очередного хмурого взгляда.

– Просто леди из рода Гоблейм, – деловито буркнул кто-то. – Последняя, точнее единственная из выживших, вот артефакт к ней и льнёт.

– Но как она выжила? – ещё один неизвестный мне мужчина. – Где? Почему?

Логичные, между прочим, вопросы.

– Где ты жила всё это время? – повторила уже звучавший вопрос Симилия. – Ведь мы искали представителей рода Гоблейм, но никого не нашли, магия многократно подтвердила, что Гоблеймы уничтожены.

Я устало покачала головой, сказать про другую реальность язык не поворачивался. Казалось, если произнесу вслух, то дороги назад уже не будет. Скажу, и галлюцинация станет правдой раз и навсегда.

Все замерли, напряжение, витавшее в воздухе, опять усилилось. Словно стальная струна натянулась. А порвал эту струну молодой статный мужчина в длинной тёмной мантии…

Он выступил откуда-то из тени и от его низкого мелодичного голоса половина вельмож подпрыгнула:

– Если след, оставшийся после ритуала Вызова, не обманывает, леди Рина была очень далеко. Слишком. Так далеко, что никому, кроме его высочества Зейна, не позвать.

Опять Зейн?

Я круто развернулась и уставилась на говорившего. Рядом кто-то ворчливо заметил про вечные опоздания, но мужчина в мантии и ухом не повёл.

Он отбросил капюшон, и я смогла лучше рассмотреть лицо – симпатичное, с ровными, опять-таки аристократическими чертами. Впрочем, подобные черты для местного общества, как понимаю, в порядке вещей.

Но дело не в этом!

– Почему Зейн? – я спросила раньше, чем подумала. – Почему именно он?

Мужчина мимолётно улыбнулся и развёл руками:

– Ваша истинная пара, леди Ринабелла.

Я аж выпрямилась, а король напомнил о важном:

– Магистр, леди Ринабелле сейчас должно быть тринадцать.

Мужчина в чёрном не смутился.

– Время, ваше величество, – он отвесил лёгкий почтительный поклон, – непостоянно. В разных мирах оно течёт по-разному, а так как леди жила в другой реальности…

Он патетично замолчал, и зал затопила всё та же напряжённая тишина.

Не знаю как им всем, а лично мне хотелось взвыть и, пожалуй, разрыдаться. Ну вот и прозвучала пугающая меня правда. Впрочем, слова про Зейна расстроили куда сильней.