Переглянувшись с Аяной, я убрал щит, и мы вместе атаковали медведя. Мой водный клинок, не находя препятствий, вошёл сантиметров на сорок в спину гиганта.

Зверь снова взревел, но уже не так сильно. А когда я посмотрел на Аяну увидел, как она очень быстро наносит удары кольями по его шее.

— ДААА УЖЖ, — обходя тушу медведя, который в длину был не менее трех метров, произнесла Хрущёва. — Таких мишек я никогда не видела.

На эти слова я лишь кивнул. Посмотрев в сторону Элин с Егором, которым очень повезло, что медведь не решился сменить цель с нас на них. После первого удара медведя по моему щиту, у меня не было ни малейших сомнений, что огненный щит Матвеева разлетелся бы в ту же секунду.

Я махнул им рукой, чтобы они шли к нам. Медведь был обезврежен, однако я опасался, что на звук битвы может пожаловать кто-нибудь ещё. А мой щит хотя бы мог защитить от атак магических хищников.

— Смотри, — показал я на место, где нанёс первый удачный удар стихийным клинком, — он старался остановить кровь!"

"— Не может быть! — недоверчиво произнесла Хрущёва.

На месте, где была рана, у зверя образовался толстый слой льда в вперемешку с его кровью.

Несмотря на холод, сам он образоваться так быстро там не мог.

— Если бы мы с тобой его не атаковали, то он мог и выжить, — задумчиво сказал я.

— С раной в сердце? — и не дав мне ответить, она продолжила. — Хотя, может ты и прав. Эти звери сильно отличаются от тех, что встречались мне раньше.

Мы ещё немного покрутились около медведя. После чего я создал стихийный клинок и отсёк одну из лап. Хоть я не охотник, но это был мой трофей, который я решил взять с собой. Однако стоило мне это сделать, я заметил то, чего здесь никак не ожидал увидеть!

Видимо Хрущёва тоже заметила это, спросила меня.

— Ты когда-нибудь такое видел?

— Да, — ответил я, — и даже догадываюсь что вытягивает медвежью кровь из тела.

* * *Шёл третий день испытаний для Элин. И каждый вечер, ложась спать рядом с Яраром, она понимала, что не будь его рядом, она бы не выжила. Пару раз её посещала мысль, что все трудности в её жизни из-за него. Но Элин быстро гнала эти мысли прочь.

Рядом с ним она чувствовала себя живой! Элин вспоминала жизнь с Саидом, которого, она даже не сомневалась, что когда-то очень любила.

Но её жизнь можно было сравнить с птичкой в клетке. Которую любят, любуются, но на свободу не выпускают. И оглядываясь назад, она не жалела, что приехала в Славянскую империю, где ей позволяли заниматься тем, чем ей хочется.

Ну разве сложно заняться оформлением интерьера для дома, в котором она живёт с друзьями? Или согласовать меню со Столяровым, чтобы иногда на столе появлялись блюда из эльфийской кухни. Ведь это всё были мелочи.

Здесь она могла ходить куда хочет. Делать, что хочет. И не заботиться ни о чём.