— Если профильтровать весь пьяный бред, который мы несли вчера, то можно сказать следующее. Серек и Эмери не станут препятствовать браку между тобой и Элин. Однако ей никогда не стать первой женой. Насколько я понял, сейчас идут активные переговоры между принцем Исаврийским и твоей матерью при посредничестве Эдварда Ка Дель (отца Элин).

— Моя мать никак не угомонится? — спросил я.

Он кивнул.

— Ты должен признать, что кандидатура Ланель подходит в твоём случае, как нельзя лучше. Мало того, что она умна и хороша собой, так ещё и неравнодушна к тебе. И если бы не помолвка с Меньшиковой, ваши отношения развились бы дальше, чем дружеские.

— Это домыслы, — возразил я.

— Разве? — с выражением лица, говорящим «кому ты рассказываешь», спросил он.

Я скривился. Отрицать я не мог, Ланель была потрясающей девушкой. И если Элин хотелось защитить, спрятать за собой, то Ланель наоборот была уверенной в себе, и в случае опасности встанет рядом с тобой, сражаясь против врагов.

Они, словно огонь и вода, одна мягкая и приятная, другая горячая и завораживающая. Однако они очень хорошо ладили друг с другом. Не проходило и дня, чтобы Элин не ходила в гости к Ланель.

— Я понял о чём ты хочешь сказать. Наши родственники хотят, чтобы Ланель стала моей первой женой, а Элин второй?

— А какое имеет значение кто первая, а кто вторая? — вопросом на вопрос ответил Ля Фисто. И усмехнувшись, добавил: — Разве что надо составлять график посещения твоей постели!

Услышав слова графа, я кинул в него подушку, от которой он увернулся.

— Ну вот, — как ни в чем не бывало продолжил Анри, — теперь я вижу, что ты перестал хандрить. Поэтому ещё раз предлагаю тебе проветриться и съездить со мной за семьей Матвеева.

Немного подумав я ответил согласием.

— Спасибо, — сказал я, выходя из каюты, — ты сейчас здорово помог мне.

— Не за что, — улыбнувшись ответил Анри. — Сам понимаю, всё-таки последние недели были непростыми. И нервы немного расшатались.

Дирижабль посадили возле деревни, в которой жила семья Матвеева, но всё равно нам пришлось идти до её окраин минут двадцать. Так ещё дорогу к деревне замело снегом.

Когда к нам на встречу выехало с десяток всадников, я не поверил своим глазам. Передо мной на коне сидел граф Солженицын Исаакий Викентьевич.

— Кто вы? — держа руку на эфесе спросил он.

Вперед вышел Анри заслоняя меня от всадников.

— Я граф Анри Ля Фисто. Мы с вами виделись вчера вечером в доме Де Тьер в столице!

Молодой человек спустился с лошади и, глубоко поклонившись, произнёс.

— Прошу прощения, граф, за мои манеры. Зимой темнеет в разы быстрее, и я только сейчас увидел, герб вашего сюзерена. Однако Вы ошиблись, я не наследник графа Солженицына, — скривившись произнёс молодой человек.