Он приводил астрономические, математические и геометрические расчёты, переписав которые я не смог понять как, и на каких принципах это работает. Мой интерес объяснялся тем, что я хотел как-нибудь усилить свой магический источник, находящийся у меня под домом.

Домой меня также сопровождали Аяна и Зес. Матвеев, хоть и освободился раньше меня, ждал, когда я освобожусь с занятий.

— Ярар, — обратилась ко мне Хрущёва, — старейшина Самуил по возвращении хотел поговорить с тобой. Когда у тебя будет свободное время?

Мне очень льстило такое отношение Самуила. И я не мог отрицать того, что мне нравится его учтивость.

Хотя я старался держать дистанцию с ним.

— Его визит носит официальный характер? — спросил я.

— А сам как ду… — ворчливо начала говорить она, но наткнувшись на мой взгляд осеклась. — Да. У Самуила появились вопросы касательно свитка, по которому ты воссоздал заклинание исцеления.

— Неужели ему наконец-то прислали копию холста, про который ты рассказывала?

— Да, — ответила она.

О чём Аяна умолчала, а я не спрашивал, так о том, кто доставил долгожданный документ. Насколько я знал, мои родственники вместе с Самуилом собираются отбыть домой, как только Зес соберётся лететь в Египет.

А из того, что только что сказала Хрущёва, выходило, что прибыли энергетические вампиры для усиления моей охраны.

— Вначале мне нужно будет поговорить с родными. Потом я смогу принять Самуила.

Она кивнула, и наверно что-то отразилось на моём лице, потому что она спросила.

— Проблемы?

К нашему разговору прислушивался Зес, и я ответил погромче, чтобы и он слышал.

— В столицу прибыли послы от Майя.

— Ну, учитывая скольких ты и Меньшиков отправили в вечность, это немудрено, — проворчала Хрущёва.

Я не стал обращать внимание на её тон, и повернувшись к Зесу, который понимал, что я не так просто начал этот разговор, продолжил.

— Ты должен помнить, я рассказывал про Элентара Фолиана, моего учителя артефакторики.

— Он прибыл вместе с послом? — спросил он.

— Хуже. Он и есть посол со всеми вытекающими отсюда.

Зес присвистнул.

— А может вы и меня посветите? — раздался ворчливый голос Хрущёвой.

— Дома послушаешь и всё узнаешь, — с раздражением ответил я.

* * *На собрании я сообщил о последних новостях касательно Элентара.

И проблема состояла в том, что дипломатический статус даровал Фолиану неприкосновенность.

И это при том, что доказательств вины Элентара у нас не было. Только домыслы. Да и будь они у нас, законными методами нам его было не достать. Максимум на что мы смогли бы рассчитывать это внесение ноты протеста в Совет майя и депортация Фолиана из Славянской империи.

А руки так и чесались. И сильно чесались.

— А что, если он вызовет на дуэль кого-нибудь из нас? — спросил Серек.