И кто знает, куда бы нас привела эта страсть, если бы в следующее мгновение нас обоих не накрыла, увлекая за собой в глубину озера, волна.

«Какая коварная», — искренне восхитился я, ведь, в отличие от меня, Ева смогла сохранить самообладание.

***

Ева

Почти забылась… Еще секунду, и я бы наплевала на собственный план. Как же ужасно и одновременно прекрасно терять над собой контроль!

«Проклятие. Он мое проклятие», — пульсировала бешеная идея в голове, когда его ладонь сжимала мои волосы, а другая прожигала кожу на спине. Словно солнце, дарящее ласковое тепло и способное по неосторожности опалить.

Губы Розенталя заставили раствориться, пасть в небытие воспоминания о прикосновениях другого. Остался только наш откровенный, даже эротичный поцелуй. Александр не церемонился, сразу его углубив, и я позволила ему это сделать, а потом смела нас обоих волной.

Я не задохнусь. Благодаря дару я могла продержаться под водой очень долго. Но вот Розенталь… Я собиралась устроить ему испытание за все его самодовольство и провокации.

Когда нас швырнуло, поцелуй прервался, но вот мужские руки обвили еще крепче, не позволяя ускользнуть и как бы говоря: «Неужели ты надеялась сбежать?»"

"Здесь, на глубине, куда нас отнесло, были мои владения.

Нигде маги воды так не сильны, как в своей собственной стихии. Я ждала момента, когда Александр попробует всплыть на поверхность. Но парень все так же держал меня, пока, следуя моей воле, мы опускались на дно.

«Главное — не утопить его», — промелькнула мысль. С кем-то другим я никогда бы так не поступила, но наше противостояние само по себе провоцировало пойти на риск. Розенталь толкал меня туда, куда бы я никогда не забрела сама.

Вынуждал быть еще смелее, чем когда-либо.

Водоем оказался поразительно глубоким. Я не ожидала, что нечто подобное могли создать прямо возле замка (сомнений в том, что озеро искусственное, у меня не возникало). До сих пор я не смотрела на Розенталя — опасалась, увидев его лицо, передумать, дать слабину. Поняв же, что мы опускаемся уже очень долго, забеспокоилась и наконец подняла на него глаза, но в его руках совсем не чувствовалось слабости.

Мои волосы светились, даря нам свой собственный свет, а я несколько секунд взирала на Розенталя, с неудовольствием замечая его полуулыбку.

Уверенный. В его глазах отражался внутренний огонь.

Поначалу меня удивила его реакция, а в следующее мгновение я все поняла. Хватка Александра ослабла, будто он специально позволял мне ударить себя. Моя ладошка впечаталась в его грудь. Один раз, потом второй и третий. Он перехватил мои руки. Сжал. Почти нежно. Мы несколько секунд смотрели друг на друга. Вокруг звучал лишь тихий гул движения воды.

«Иногда полезно не иметь возможности говорить…» — промелькнула в голове мысль.