Краем глаза я заметила Кирстен. Она стояла с подносом у раздачи, собираясь, видимо, обедать отдельно. Вот так, совершенно естественно, мое общение с местными вытеснило все другое. И даже никто из сокурсников не попытался подсесть.

Вокруг будто возникла мертвая зона, и мне это было не по душе.

— Ева Новак, — вдруг позвали меня, и я рассеянно перевела взгляд, натыкаясь на секретаря ректора.

— Да? — рассеянно спросила я и, тут же спохватившись, поприветствовала: — Здравствуйте.

Быстро поднялась со стула.

— Как пообедаете, вас ждет ректор, — сухо сказала женщина, а я мельком глянула на нетронутый поднос с едой и схватила сумку, лежавшую на одном краю лавки.

— Я уже закончила.

— Точно? Ну хорошо, тогда следуйте за мной, — чуть поколебавшись, отозвалась секретарь и направилась к выходу из столовой.

— Увидимся позже, — помахала я парням и мельком улыбнулась, как бы извиняясь за быстрый уход. Перед всеми, кроме Альбера. Последнего мне вообще хотелось пнуть напоследок. Или мячиком пробить по мягкому месту.

В детстве я с мальчишками играла во дворе футбол. Да-да, знаю, не девчачье это занятие. Но зато я научилась прекрасно пинать мяч. Вот бы отработать свои навыки на нем…

«Димитару явно нравится забавляться над другими. Я бы даже сказала, это его заводит», — четко поняла я, вспоминая, как еще недавно блестели глаза мага — предвкушающе, с любопытством и будто спрашивая, что же выкинет его новая игрушка? Чего интересного сможет предложить?

Но вместе с появлением Розенталя я осознала еще одну простую и очевидную вещь: весь этот цирк затевался не из-за меня. Сомневаюсь, что я волновала этого придурка хотя бы на полпроцента от его желания насолить огневику.

И все же, что за отношения между этими двумя?

— До вечера, Ева, — расслышала я четкий голос Александра. Он попрощался нарочито громко, даже не позволяя своему голосу затеряться в шуме столовой.

— До вечера, — ответила тихо, не оборачиваясь.

Маневрируя между столиками, смотря перед собой и не пряча взгляда, я уже не видела снисходительных усмешек на лицах местных — они исчезли, будто подтертые ластиком. Студенты пристально рассматривали меня, кто-то с удивлением и немым вопросом, а кто-то с легким беспокойством в глазах."

"Так или иначе, но этим днем я окончательно перестала быть невидимкой. Шансов и так не оставалось, но происходящее вызывало досаду. Что не так с этими людьми? Даже выпав из окна, я не привлекала столько чужого внимания, как теперь, когда посидела за одним столом с «особенными» студентами академии.

Я нахмурилась.

«Сумасшедшие. Им срочно надо поработать над системой ценностей», — подумала я, покидая обеденный зал.

Весь путь невысокие каблуки секретаря весело стучали по каменному полу.