– Если можно, я бы хотела на артефакторику…"

"– Вы дриада и близки к природе, так что это совершенно исключено! – отрезала ректоресса. – Вам мы тоже очень рады, фэсс Исаволь. Принимать вас – большая честь для нас. Позвольте проводить вас в мой кабинет, где я смогу оказать достойный прием коннетаблю самого короля! Что касается вас, фэссарина, сегодня по месту вашего проживания будет выслано письмо с дальнейшими инструкциями.

Осыпав не только ректорессу, но и всех присутствующих (кроме дракона!) комплиментами и благодарностями, я, наконец, откланялась с таким чувством, будто весь день, не покладая рук работала в саду.

И, к моему бескрайнему счастью, на выходе меня никто не задерживал.

А это значило, что у меня все-таки получилось!

Да!

Что, съел, гадский проректор-дракон?

ГЛАВА 7

Шоб вы так жили, как мы вам тут рады

Несмотря на то, что библиотека в доме отца была довольно обширна, никаких сведений о таинственной монеточке, которую упомянула бабуля, там найти не удалось.

По правде сказать, у него тут в основном были иллюстрированные издания про то, как со вкусом одеваться. Так же, как выяснилось, отец выписывал журнал с фривольным названием «Сугубо для суккуба», и не менее фривольным содержанием.

А надо было б, очень надо узнать про монеточку. С чем я вообще буду иметь дело? Бабуля не успела сказать, в каком именно месте схоронила артефакт. А в том, что монеточка была именно редким артефактом, я не сомневалась. Как и в том, что искать ее в огромной академии, это как искать иголку в стоге сена.

Но выбора у меня нету: нужно переворошить стог – значит, я переворошу. Тем более, Дриадрья Праматерь явно ко мне соблаговолила – с ума сойти, меня приняли в эту Крылатую Академию в собственном обличье!

Папа даже решил, что я его разыгрываю и совершаю какие-то манипуляции, чтобы отвертеться от нежеланного замужества. Уверовал лишь, когда Ерин притащил доставленное с вечерней почтой письмо с документами о моем зачислении и распоряжением явиться на следующий день с багажом.

Так же с вечерней почтой было доставлено любовное послание от господина Лиагрима Туни, адресованное лично мне. Оно было стихотворным, поэтому, едва я начала читать, мне резко поплохело, отчего письмо ненароком порхнуло в камин.

Не знаю, что там наплели лепрекону отец с Ерином, чтобы отсрочить нашу свадьбу, но пусть разбираются с ним, как им угодно. Времени до завтрашнего утра оставалось не так уж и много, а дел было невпроворот.

К позднему вечеру после долгой и нервной беготни по городским магазинчикам и лавкам я была полностью укомплектована нужной одеждой, бельем, и прочим необходимым, что пригодится мне в нелегкой жизни в казенном доме.