Было ощущение, что он делает это впервые.

— Никогда не обнимался? — спросила я, радуясь хоть такому утешению.

— С людьми никогда.

— Серьёзно? Хотя что это я, конечно, серьёзно, — тихо вздохнула в ответ.

— Последний человек, которого я обнял, а вернее, схватил, после моих объятий уже не поднялся, так что, считай, у меня новый опыт в общении.

— То-то ты еле до меня дотрагиваешься.

— Не хотелось бы не рассчитать силу, мы оба этому не обрадуемся. Так, теперь мы можем выходить, уже опоздали почти.

— Накопим на машину, будет проще, — сказала я, вставая со стула и высвобождаясь из его тёплых объятий.

Кому скажи, что я радуюсь такому!

— А ты умеешь её водить? — удивился демон.

— Нет, но я с удовольствием научусь, там нет ничего сложного! — с энтузиазмом ответила я. — Уверена, тебе тоже понравилось бы!"

"Надежда вспыхнула во мне. Плохого настроения как не бывало. Я давно смирилась с тем, что мне никогда не накопить на это техно-магическое чудо, а тут такой шанс!

— Не скажу, что у меня такая же уверенность, но мысль дельная. Купим, — сказал демон и направился к двери.

Я за ним до академии практически бежала, и мы вошли в ворота ровно за минуту до звонка.

А там нас уже поджидали казначей с сыночком, и вид у них был отнюдь не счастливый.

Глава 16

Я будто с разбега на стену наткнулась и резко остановилась, замерев от ожидания бури в стенах родной академии.

Сам казначей источал негодование. Прекрасно сшитые дорогие вещи подчёркивали его богатство, если не считать большого количества украшений из платины и драгоценных металлов, а также королевского ордена, что хищно сверкал у него на груди крупным рубином.

Его, правда, ничего из этого не красило, но он этого не замечал, искренне полагая, что деньги и положение искупят всё недостающее. Чаще всего так и было.

Выглядел Кастор неважно, то есть совсем нехорошо, цвет его лица был выцветшей и высохшей копией его самого. Если бы он не дышал, его спокойно можно было бы принять за умертвие.

Кожа жутко натянулась на скулах, создавая иллюзию того, что ещё чуть-чуть, и лопнет, обнажив кости черепа, бескровные губы ссохлись и сжались в неровную линию, глаза потускнели и потеряли цвет, а вот яростный блеск и негодование никуда не делись.

Сынок казначея стоял, сжав кулаки и выражая гнев и презрение к окружающим, ожидание скорой расправы также легко читалось на его лице.

Я знала, что этим дело и закончится, однако демон нисколько не убоялся открывшейся сцены. Он насмешливо окинул взором казначея, перевёл взгляд на его сынка, отчего с того начала сползать вся бравада, и он как-то незаметно попытался отступить за отца, но, учитывая разницу в их росте, выходило плохо.