Усаживаюсь на спинку дивана рядом со своим пиджаком, сложив на груди руки и наблюдая за тем, как она резко снимает украшения, отправляя их назад в коробку. Сорвав с головы диадему, откидывает со лба волосы и снимает туфли, отшвырнув в сторону сначала одну, потом вторую.

Вздыхаю, с интересом ожидая дальнейшего развития событий.

Пальто отправляется вслед за туфлями, а я уж на секунду решил, что оно полетит в меня.

Привстав на носочки, она роется в сумочке, маленькая мегера.

Я вижу крохотный кусочек её лодыжек и тонкий капрон чёрных чулок. Вижу, как платье обозначает её ягодицы. Смуглые, как и всё её тело. Цвет её кожи меня с ума сводит. Золотистый, как морской загар. Она такая всюду, даже под коленями. Засранка.

Тина психует, а я спокойно пялюсь на неё, как последняя скотина.

Я ни разу не видел её в чулках с сексуальными кружевными резинками на бёдрах, но я отлично представляю, как это величайшее изобретение всего человечества сядет на её ножки.

Ммммм…

- Тинатин, у тебя какие-то проблем, сердечко моё? - спрашиваю примирительно. - Расскажи, я всё улажу.

Резко развернувшись, она осматривает меня с головы до ног, сверкая карими глазами и часто дыша. Её волосы растрепаны, а губы поджаты. Как давно я не видел этого выражения на её ангельском лице, мать его.

- А ты ничего не хочешь мне рассказать?! - цедит Тина, копируя мою позу и складывая руки на груди.

Ну, блдь, наконец-то! Я уж думал, мы никогда не приступим!

Даже сидя на спинке дивана я выше её на полголовы, и эта воинственность с её стороны выглядит чертовски нелепо.

- Что рассказать? - строю из себя идиота, спокойно принимаясь за запонки.

- Ты сказал, что тебе двадцать пять! - бросает она мне в лицо, начиная расхаживать туда сюда.

- Значит, я что-то напутал, - пожимаю плечом, отправляя их в карман брюк.

Замерев, она выпаливает в неверии:

- Очень смешно, Аид.

- Если это всё… - намекаю я, оставляя руки в карманах.

- Нет, не всё, - топает она ногой, останавливаясь в шаге от меня. - Ты меня обманул!

- Это не смертельно, - раздраженно бросаю я, не собираясь воспринимать всерьез эти унизительные для любого мужчины обвинения.

- Ты сказал, что тебе двадцать пять, а тебе… тебе двадцать один! Боже… - хнычет она, прикрывая ладонями глаза.

- Это что ещё значит, чёрт возьми?! - не выдерживаю, вставая и разворачивая её к себе за плечи.

Задрав лицо, она смотрит на меня снизу вверх и выкрикивает:"

"- Мне летом исполнится двадцать пять…

- И, что? - психую я.

- То! - в сердцах поясняет Тина.

Выгибаю брови, намекая на то, что ни хрена не понял.

- Ты сам знаешь!

- Скажи спасибо, что я избавил тебя от твоей драгоценной девственности, а то ты носилась бы с ней до тридцати.

- Тебе двадцать один, - обвинительно повторяет она.

- Двадцать два, - сурово поправляю я.

- К чёрту! - заявляет эта ненормальная.