Мирослава довела его до машины и помогла забраться в салон, Аня тут же достала их полевую аптечку и передала ее Ляне. Та смерила чародейку пристальным тяжелым взглядом и принялась промывать рану перекисью, Ланс зашипел он боли и зажмурился. Волшебница откинулась на спинку сидения и прикрыла глаза.

— Может, ты хоть что-нибудь сделаешь? — с вызовом бросила судмедэксперт.

— Что, например? — не открывая глаз, спросила Мира.

— Снимешь боль, вылечишь его! Или если он на тебя не молится, то уже не достоин твоей помощи?

— Я не могу ему помочь, — тихо ответила чародейка. — Мои резервы истощены, к завтрашнему дню я подзаряжусь и смогу вылечить рану, а один вечер Ланселот может и потерпеть, он и не такое терпел.

— Тебе вообще безразлично, что с ним будет? — продолжала наседать Лиляна, неожиданно на нее нахлынула необычная смелость и дерзость.

— Мне не безразлично, — глубоко вздохнув, сказала волшебница и открыла глаза. — Я не могу ему сейчас помочь.

— Ну, да, ты же свою рану залечиваешь, — фыркнула девушка, на плече чародейки и правда медленно затягивался глубокий порез.

— Это потому что мне нельзя терять кровь… — начала Мира.

— Эгоистичная, бессердечная тварь! — выкрикнула Ляна и в машине повисла тишина."

"Аня с Антоном тревожно переглянулись, Ланселот откинулся на спинку сидения и крепко зажмурился. Мирослава сидела неподвижно и пристально смотрела на девушку своими ледяными глазами, в которых еще не до конца угасло колдовское пламя. Магии сейчас у нее не было, но она прекрасно знала, что для того, чтобы хорошенько проучить новую пассию Ланселота волшебство ей и не понадобится. Но Мира слишком устала, была ранена и не хотела ругаться.

— Пусть будет по-твоему, — прошептала она, снова закрыла глаза и откинулась назад.

Антон сглотнул, Шеф тронул его за руку, взглядом приказывая трогаться и «Буханка» медленно сдала назад.

Северное кладбище скрылось в зеркале заднего вида, напоминая о себе лишь всполохами пламени и зловонием, которым пропиталась одежда бойцов.

Эквадор, провинция Манаби, кантон Педерналес 1854 г.

Мирослава перевернулась на другой бок, сладко потянулась, открыла глаза и тихо выругалась от неожиданности — прямо над ней склонился Ланселот.

— В чем дело? — немного хриплым ото сна голосом, спросила она.

— Одевайся, кое-что произошло, — коротко ответил рыцарь и отошел от нее.

— В чем дело? — настойчивее повторила чародейка, поднялась с кровати и принялась натягивать штаны.

— Сейчас приедем, и все сама увидишь, — Ланс мрачно зыркнул на нее и накинул на плечо перевязь.

Во дворе уже стояли взнузданные лошади, Мира на ходу заколола волосы спицей и взобралась в седло. Ланселот тронул коня пятками и тот сразу перешел в галоп.