В лицо пахнуло соленым рыбным ароматом океана, могучие волны которого с шелестом перебирали гальку на берегу. Мира прошла вдоль полосы прибоя и добралась до устья реки Бу-Регрег, там один старый пират продавал отличный ром и портвейн. Девушка постучала в ветхую деревянную дверь и перед ней, почти сразу же, предстал просоленный и иссушенный солнцем старик, один глаз которого был перевязан черной повязкой.

— Чего надо? — не очень вежливо поинтересовался он, приваливаясь боком к косяку двери.

— Хочу купить бурдюк портвейна и рома, — невозмутимо заявила волшебница.

— Ты ж мусульманин! — удивился старик.

— С чего ты взял, что я мусульманин?

— Ты же араб, — на лице старого пирата было написано искреннее непонимание.

— Какая тебе разница, араб или не араб, мне нужен ром и портвейн.

— Ладно, давай, тару, — растерянно согласился старик, принял из рук Миры два бурдюка и вернулся с другими полными.

Мирослава наученная горьким опытом, открутила крышечку и попробовала содержимое каждого из бурдюков, прежде чем отдала деньги. Пират проводил ее долгим задумчивым взглядом, а она уже шла дальше вдоль реки, наблюдая за уходящими на ночь в море рыбаками.

Рядом с одним из перекошенных домиков была табличка, на которой кривой арабской вязью было написано «Сушеная, свежая и вяленая рыба». Чародейка постучала в дверь, и ей открыла миниатюрная женщина, закутанная с головы до пят в черный хиджаб.

— Здравствуйте, вы продаете рыбу? — вежливо спросила Мира.

— Добрый вечер, — женщина опустила глаза. — Есть вяленая сельдь, камбала и морской окунь.

— Будьте добры пять вяленых сельдей, два окуня и пять штук камбалы.

Отдав за рыбу три реала, Мира отправилась дальше. Она зашла в магазинчик со сладостями, долго торговалась, но, в конце концов, набрала целый мешок разнообразных вкусностей. В гостиницу она возвращалась уже по темноте. Прохладный воздух приятно ласкал сухую загорелую кожу, девушка жмурилась от удовольствия. Ее внимание привлек шум в одном из темных узких переулков. Поправив свой заплечный мешок, чтобы он не мешал двигаться, Мира сняла с пояса кнут и бесшумным шагом двинулась в переулок.

Там было темно, но то, что четверо из находящихся там пираты, чародейка определила безошибочно — от них воняло рыбой, водорослями и потом.

Эти четверо кого-то нещадно избивали ногами, человек уже не даже не сопротивлялся и выкрикивали что-то невнятное то на арабском, то на испанском.

— Эй! — окрикнула их Мирослава, ударяя хлыстом о землю.

Пираты скопом повернулись к ней и, не разбираясь, двинулись в атаку. Сначала волшебница думала с ними драться, а потом просто сдула с ладони сонное заклятие и все четверо упали.