Опешившие от происходящего родственники, тихо переговаривались у забора, Ляна же с Ланселотом с трудом сдерживали приступы истерического смеха.

— Извините, — пробурчал, подошедший судмедэксперт, отряхивая с себя пыль. — Достал уже со своими выходками. Пойдемте, покажу ваши трупы, а потом займусь родственниками.

Тимофей любезно разрешил Ляне взять с собой кусочки органов убитых на экспертизу и вообще всячески помогал следствию. Вернувшись в лабораторию, девушка тут же приступила к биопсии. Ланселот же отправился к Шефу.

— Шеф, можно? — негромко спросил он, заглядывая в кабинет.

— Проходи.

Рыцарь плотно прикрыл за собой дверь, прошел и сел в кресло, Андре смотрел на него так внимательно, будто бы хотел прочитать мысли.

— Что с Мирой? — резко спросил Ланс.

— Мне пришлось посадить ее в камеру, — невозмутимо ответил Шеф.

— В тюрьму?? — брови рыцаря удивленно взлетели вверх. — Зачем?

— Она опасна и сама попросила ее там запереть. Кстати, просила, чтобы ты принес ей пару бутылок ее любимого вина.

— Не понимаю, — он устало потер руками глаза. — Почему она опасна?

— Ты разве не знал, что чары лемуров сильнее всего действуют на магов? Я ведь это говорил на собрании.

— Хочешь сказать — она не в себе?

— Хочу сказать, что Мирослава очень мудрая и отважная женщина, которая добровольно заточила себя в тюрьму, чтобы ее магия никого не ранила.

— Помогать в поимке она тоже не будет, — тихо протянул Ланселот.

— Верно, в этот раз придется обойтись без мощной магии. Попробуем, по крайней мере.

— Можно мне хотя бы повидаться с ней?

— Прости, я не хочу рисковать своим лучшим оперативником, — покачал головой Шеф. — Общаться с ней буду только я.

— Я могу быть свободен? — холодно спросил рыцарь.

— Не можешь, — в голосе Андре проскользнули металлические нотки. — В отделе слежки заметили одного вампира, его нужно убрать, адрес знаешь, где взять.

— Есть, — по-военному ответил Ланселот и вышел.

1649 г. Королевство Марокко, г. Сале.

Над городом волной прокатился звук набата, и заспанные стражники распахнули тяжелые ворота, ведущие в город. Мирослава, которая еще на подъезде к Сале накинула на себя личину молодого араба, оплатила небольшую пошлину и беспрепятственно въехала в город.

Со всех сторон к ней тут же устремился поток из торговцев, воровливых детишек и попрошаек, так и норовивших что-нибудь стащить из вещей. Чародейка, зло распихивая их ногами, ножнами ятагана, а иногда, незаметно, и магией, пробиралась вперед. Повсюду витал аромат пряностей, верблюжьего навоза и пота.

— Молодой воин не желает купить прекрасный ковер?! — протараторил, подскочивший к Мирославе торговец. — Моя жена только вчера закончила над ним работу!! Это бесподобная вещь, пошли, посмотришь.