Они подняли глаза, когда он вошел, синхронно поднося палец к губам. Мириам была так увлечена музыкальной пьесой, что даже не услышала, как он вошел. Она исполняла Бетховена, и девушки были потрясены. На цыпочках он прошел к дивану и осторожно присел. Как только прозвучал последний аккорд, Кевин присоединился к аплодисментам. Она обернулась, просияв:

– Ах, Кевин. Я даже не слышала, как ты пришел. Ты давно здесь?

– Двадцать четыре такта, – откликнулся он.

– Она просто чудо, – с придыханием заговорила Норма. – Я уже ей рассказывала, у мистера Милтона рояль в пентхаузе, и, как только он пригласит нас.

– Уже пригласил – в субботу вечером."

"– О, это просто чудесно, – захлопала в ладоши Джин. – Ты всем сыграешь!

– На рояле? Но я не настолько хорошо владею инструментом, – заскромничала Мириам.

– Перестань прикидываться овечкой. Ты играешь великолепно, мы только что слышали, – объявила Норма не терпящим возражений голосом. Затем она повернулась к Кевину: – Мы собираемся на концерт в Центр Линкольна завтра днем – Малер, Вторая симфония, ""Воскресение"".

– Нет, ты представляешь, Кевин? Наконец я нашла людей, которым тоже нравится классическая музыка.

– Не меньше, чем рок, – добавила Джин.

– Еще не забудь про кантри и вестерн, – сказала Норма. Они втроем расхохотались.

По всему видно, они сдружились, отметил Кевин. И Мириам счастлива. Так что все хорошо.

– Пора мне шевелить задницей, – заметила Норма – Кевин вернулся, значит, Дейв уже дома.

– И Тед.

– Да, – воскликнул Кевин им вслед. – Чуть не забыл. У Теда сегодня большой праздник. Он в великолепном настроении, Джин. Победа нокдауном до начала поединка.

– Не поняла? – Джин опасливо скривилась, будто при ней сказали что-то неприличное.

– Я имею в виду, он выиграл дело. Хотя, наверное, это должен был бы сказать тебе он сам.

– О, Тед никогда не рассказывает мне эту скукоту. Он знает, я терпеть не могу разговоров о работе. Я даже газет не читаю, когда там поднимается шумиха вокруг судебных разборок.

– И я не читаю, – поддержала ее Норма. – Лучше всего оставлять все неприятности этого мира за дверью, как грязь на коврике. – Она повернулась к подруге: – Правда, Джин, так ведь говорил мистер Милтон?

– Вот-вот.

И обе повернулись к нему с вызывающей усмешкой. Кевин, удивленно приподняв брови, ответил:

– Ну конечно, конечно.

– Пока, Мириам. Поболтаем после, – пропела Джин, помахав рукой.

Норма повторила ее жест.

Некоторое время Кевин молча смотрел на закрывшуюся за ними дверь. Потом повернулся к Мириам.

– Мы так чудесно провели день, – начала она, прежде чем он успел вымолвить слово. – Сначала были в Музее современного искусства.