– Вчера в спешке я совсем забыл спросить – сам-то он откуда?

– Бостон. Йельская школа юристов.

– Так он из зажиточной семьи? Отец тоже адвокат?

– Богат, но не адвокат. Шеф вообще не любит рассказывать о прошлом, так что постарайся избегать таких расспросов. Его мать умерла при родах, он родился сиротой, отец бросил его почти сразу.

– О, прискорбно.

– Но это пошло ему только на пользу. Он сам сделал себя. Пожалуй, все произошло как нельзя лучше. Благодаря напористости и энергии, предоставленный во всем самому себе и не имея покровителей и опекунов, он многого достиг и вскоре добился репутации и положения в обществе. Так что он человек, ""сделавший себя"" во всех смыслах слова.

– И до сих пор не женат?

– Вряд ли это когда-нибудь произойдет: он убежденный холостяк. А женщина у него и так есть. Хью Хефнер тоже не страдает от одиночества.

Кевин рассмеялся в ответ, поглядывая на толпы пешеходов, пересекавших перекресток. Здесь все казалось умноженным в несколько раз, даже возведенным в квадрат или в куб, по сравнению с Блисдейлом. Отсюда, из Нью-Йорка, открывались совсем иные перспективы, будто выход в новое измерение. Нью-Йорк был повсюду, он окружал, он предлагал, сулил и обещал. Он протягивал ладони отовсюду и подмигивал из витрин. Он обещал дорогие подарки, которые надо только заслужить. И сюрпризы не заставят себя ждать. Но чем он заслужил эту неслыханную щедрость судьбы? Впрочем, как любил говорить его дед, дареному коню в зубы не смотрят, так что он совершенно напрасно беспокоится. Кевину уже не терпелось приступить к работе, чтобы доказать, что он достоин свалившегося на его голову счастья.

При входе в контору Диана известила их, что мистер Милтон, Дейв и Тед ждут их в конференц-зале.

– Черт возьми, совершенно забыл, сегодня же совещание. Вот как все здорово складывается, – заявил Пол, похлопывая Кевина по плечу. – Сейчас и примешь крещение.

5

Конференц-зал – прямоугольное помещение без окон – был ярко освещен. Не считая грандиозных электронных часов на задней стене, обстановка здесь была совершенно аскетичной: ни картин, которыми был увешан вестибюль и коридор, ни фотографий в рамках. Голые стены и серая плитка пола напоминали больницу. Здесь не было запахов: приятных или неприятных. Лишь приглушенное гудение кондиционеров, нагнетавших чистый, холодный воздух в комнату.

Мистер Милтон восседал во главе широкого черного стола. За исключением стола да нескольких стульев, в комнате напрочь отсутствовала мебель. Дейв и Тед сидели напротив друг друга, с папками наготове. Между ними и мистером Милтоном оставались пустые сиденья. Карла внесла кофе.

– Доброе утро, – приветствовал мистер Милтон вновь прибывших. – Как, понравилась вашей жене новая квартира?"

"– Просто фантастика.