— И сразу хотела бы извиниться за то, что тема разговора будет не самой приятной.

При этих словах улыбка на её лице немного погасла.

— Ничего. Это… это было уже давно. И пусть мне всё равно болезненно это вспоминать, но надеюсь, что смогу хоть чем-то вам помочь.

— Мы тоже. Юль, я ещё раз хочу извиниться, что перехожу сразу к делу. У нас не очень много времени. Скажите, что произошло в ту ночь, когда…

— Когда Серёжа умер? — спросила она, и на меня нахлынула волна грусти и сожаления.

— Да.

И она рассказала нам. Всё.

А я мысленно проклинал себя за то, что не подумал об этом раньше.

Как? Вот как я мог так протупить⁈

Их обоих нашли той ночью дома у Юлии её родители. Изначально планировалось, что их вообще не будет дома. Деловая поездка. Но по случайному стечению обстоятельств вернулись они на день раньше, чем планировали. И только благодаря случайности эта девушка сейчас сидела прямо передо мной и рассказывала свою историю. Просто её успели откачать, а молодого Сергея Стрельцова нет. Не успели.

Это не Юлия тогда подсадила его на наркотики, как я думал изначально. Хорошая была гипотеза, рождённая из моего предыдущего опыта.

Дети богатых родителей часто искали себе развлечение погорячее. Постоянно хотели попробовать что-то новое. А при наличии денег это не составляло такой уж большой проблемы. Уж я на подобное насмотрелся вдоволь. Да и не только насмотрелся. Несколько раз мне самому приходилось защищать права таких вот «бедовых» клиентов, которых ловили на горячем. Именно эта мысленная концепция, помноженная на предыдущий опыт, и заставила меня ошибиться.

Идиот.

А здесь же… ну кто в здравом уме мог подумать, что в тот вечер молодой сын прокурора принесёт с собой эту дрянь?

Теперь я понимал, почему Стрельцов так ненавидит всех, кто имел хоть какое-то отношение к наркотикам и почему Юлия избежала его «праведного гнева».

Он сам был виноват в случившемся. Хотя нет. Не так. Виноват-то был его Сергей, но отец винил во всём себя самого. Уж я в этом не сомневаюсь."

"Он корил себя за то, что не смог углядеть за сыном. За огрехи в его воспитании. Он, может быть, и хотел бы отомстить… да только мстить было некому. Юлия была точно такой же жертвой, как и любой, кому эту дрянь предлагали.

Внутреннее чувство справедливости не дало Стрельцову накинуться на неё. И, не способный добиться справедливости для сына, Стрельцов начал проецировать ненависть к самому себе на всех, кто, по его мнению, этого заслуживал.

— Я не знала, — тихо сказала Марина, и это были её первые слова с тех пор, как мы закончили разговор с Юлией.

— Я тоже.

— И? Что будешь делать?

— Это ничего не меняет. Я собираюсь вытащить Яну из его рук. Теперь ещё больше уверен, что это нужно сделать.