Если вы не прекратите вести себя по-хамски, то я самолично спущу вас лестницы и выкину на улицу, — мой шёпот переходит в шипение, настолько меня взбесил этот павлин, — Коли у вас хватит духу прислать секундантов, то так даже лучше. Завтра я не только зарублю вас, но ещё и перережу глотку, как привык делать с врагами. А теперь — вон!

Судя по всему, Иосиф Козелл-Поклевский обладает определённой репутацией в стане врага. Поэтому взбледнувший граф быстро покинул мой кабинет, даже не заикнувшись о дуэли."

"Я же некоторое время приходил в себя, расхаживая по просторной комнате.

Затем сажусь в комфортабельное кресло и звоню в колокольчик. Через секунду появляется слуга, выслушивает мой приказ и спустя пару минут, на моём столе оказывается бутылка вина с хрустальным бокалом. Наливаю тёмно-красную жидкость, вдыхаю аромат и делаю немалый такой глоток. Алкоголь рухнул в желудок и по телу начало разливаться тепло. Мысли немного успокоились, а тело расслабилось.

Разворачиваю конверт и начинаю читать записку Воронцова, оказавшуюся полноценным письмом. Этот хитрец наверняка предвидел мой отказ ехать на встречу, и вполне детально расписал свои хотелки.

В принципе, ничего другого я не ожидал. Только «дружинники» решили не тянуть резину и сделали мне предложение. Идиоты! Они думают, что у меня нет выхода? Ведь любая лягушка, попавшая в клюв цапле, подтвердит, что из любой ситуации есть, как минимум, два выхода. Опять дёргаю за шнур.

— Фредди, они сделали свой ход, — говорю вошедшему немцу, — Кретины просто не оставили мне выхода. Поэтому прямо сейчас запускай план «А». Будут ещё переговоры, но у нас всё должно быть готово.

Глава СБ просто кивнул и покинул кабинет.

Я же налил себе ещё вина и начал продумывать свои действия на случай, если план не сработает.

Глава 22

— Это форменный грабёж, если называть вещи своими именами, — отвечаю после недолгого размышления.

Встречу с графом Воронцовым решено было провести на нейтральной территории. Понятно, что представитель группировки наследника не снизошёл бы до посещения моего офиса, но беседовать в ресторане немного пошловато. Одно дело, когда я пригласил в «Палкинъ» Эдмона Ротшильда, дабы продемонстрировать публике, с кем веду дела.

И совсем другое, когда весьма специфические переговоры демонстративно выставляются напоказ. Или «дружинники» решили пойти моим путём, заодно подают команду непонимающим людям, что ситуация в стране изменилась. Но даже идиоты уже всё поняли, потому я и нахожусь в недоумении. Меня даже меньше удивил фактический ультиматум, озвученный минуту назад.

Если кратко, то главный богач и финансист заговорщиков, предложил десятую часть стоимости моих предприятий в обмен на свободу и возможность покинуть страну.