Все женщины любопытны, как кошки, история по райское яблоко, предложенное змием, лишнее тому доказательства. С тех пор, смею заметить, к лучшему ничего не изменилось.

В общем, только когда в животе заурчало от голода, я с изумлением поняла, что всё это время тратила на что угодно, кроме основной своей цели – победы и денежного выигрыша, обеспечивающих возвращение на Землю. Нет, вместо этого я разглядывала кисейцев, сравнивала их между собой и пыталась решить, кого из них хотела бы видеть на месте Парфена. Мечтала, короче, о несбыточном, ведь очевидно, что если он и присылал мне приглашение, то всё в далеком прошлом и попыток продолжить знакомство он больше предпринимать не собирается.

Короче, вот о чём я думала несколько часов. Это настолько изумляло, будто моя голова взяла и предала меня.

Нет, я понимаю, конечно, вопрос установления личности неизвестного интересный, но не настолько же, чтобы забыть о родителях!

Вина тяжким грузом упала на плечи и предстала пред глазами в образе заплаканного маминого лица. А я сижу тут и рассуждаю, кто из них этот самый Парфен, вместо того чтобы помнить, как и что нужно сделать для того, чтобы родители снова улыбались.

Теперь возле маминого грустного лица появилось папино, он не плакал, но так осунулся и постарел, что моё сердце не выдержало нагрузки, да ещё неожиданно навалились все страхи, которые я отгоняла чуть ли не со времени прилёта, заполняя всё свободное время делами, которых вдруг не стало… - и я заплакала.

Нет, нельзя о них думать, чем больше буду представлять, как они по мне тоскуют, тем хуже будет. Если каждый раз прокручивать в голове момент, когда им сообщают о том, что случилось с самолетом, а скорее не сообщают, а когда они узнают об этом случайно, из новостей, и еще не веря, переглядываются, мысленно припоминая, не этим ли рейсом я отправилась на работу… Не думай! Не думай и помни - так я и сама заболею, зачахну и не найду в себе сил что-нибудь делать.

Страдать-то проще всего! А кто тут сделает за меня мою работу? Никто!

Так, отвлечься, отвлечься… Я сжала зубы, твердо решив думать о чём угодно, кроме несчастных своих родителей, и подняла лицо, вытирая щёки тыльной стороной ладони."

"И увидела ошарашенные лица кисейцев.

А вот, кстати, и отличное отвлечение.

Я быстро сориентировалась и старательно выдавила из себя очередную волну слез, сопровождая её всхлипываниями, а потом закрыла лицо руками и разрешила себе разрыдаться в полный голос, тем более что успокоиться было гораздо сложней, чем плакать дальше. Так что чего зря такой момент упускать? В моём положении следует пользоваться любой возможностью заставить ситуацию работать на меня. Подстроить под себя мир. Ну, или хотя бы попытаться.