Посмотри на себя, на кого ты похож!

– На кого? – забеспокоился афроид, сотворяя из воздуха зеркало. – Что ты имеешь в виду?

– Ты же весь почернел!

Гостиную потряс хохот.

Гости были полны сил, уверены в себе и не сомневались, что вместе справятся с любыми затруднениями.

КАМИКАДЗЕ

На Гее началась охота за сотрудниками «контрас», и Вариг в экстренном порядке занялся эвакуацией оставшихся в живых контрразведчиков на Землю.

Горан Милич в этом процессе не участвовал, он руководил операцией по угону «стада» псевров из системы гуррах. «Стадо» насчитывало двадцать с лишним голов, часть его уже увели «ковбои» СЭКОНа, продолжавшие «объезжать» «мустангов-диплодоков», и Горану пришлось демонстрировать чудеса изобретательности и маскировки при игре в прятки с «ковбоями» геянских спецслужб, чтобы завершить операцию. Когда сэконовцы спохватились, обнаружив пропажу значительного количества гуррахских «диплодоков», команда комиссара уже «пасла» возле одной из уцелевших звезд Галактики двенадцать псевров. Это была сила, и комиссар мог гордиться удачливой охотой на живые космолеты, способные преодолевать практически любые расстояния в пределах Космориума.

После очередного угона его внезапно вызвал Асур Вариг и приказал немедленно прибыть в систему Тины, не объясняя причин столь спешного решения. Горан не успел даже спросить претора о судьбе Влада Велича, а заодно о занятости Ванессы. Женщина находилась на Земле и готовила захват Карачени, но как далеко продвинулась она в этом проекте, Горан не знал."

"Оставив оперативников своей группы пасти «стадо» «диплодоков», комиссар перегнал «Мага» к Тартару и увидел поражающую воображение картину рождения еще одного Игрока. Но если Дитя Конструктора, проклюнувшись из споры, просто росло, поедая планету для строительства своего тела, то Тартар буквально воевал – с пространством, с вакуумом, с самим собой!

Вакуум вокруг чудовищной черной опухоли Тартара диаметром в полтора миллиона километров кипел! Античастицы рождались из него не парами, а массивными кластерами, тут же аннигилируя с частицами газа и любыми материальными объектами, будь то астероиды, пыль или корпуса летательных машин. Аппаратура спейсера фиксировала «шатание» мерности пространства, проявляющееся даже визуально в искажении перспективы на гигантских расстояниях. «Маг» вышел из «струны» в миллионе километров от Тартара, но и тут его корчили странные судороги, от которых не спасала никакая полевая защита.

А в такт пляске сил вокруг растущей черной «гвоздики» шевелились светящиеся заросли нагуалей! И этот эффект вселял в душу неуверенность и страх, потому что уже тысячу лет нагуаль казался незыблемым атрибутом космоса, его основой и неотъемлемой частью.