Но разве внешняя привлекательность может сгладить гадкий осадок, который, как ржавый гвоздь, торчит из прошлого?

– Ну, что ты так удивился? – она мягкой походкой подошла к столу. Села, закинув ногу за ногу, выставив напоказ свои стройные ноги, и нежно улыбнулась. – Или эта Вика так много для тебя значит, что ты готов броситься ей навстречу, а мне даже кивнуть в знак приветствия не хочешь?

– Что тебе нужно? – холодно отозвался он. – Мне кажется, ты слегка ошиблась дверью.

– Ну, что ты, Володя. Разве я могу ошибаться? – она продолжала мягко улыбаться и сверлить его взглядом карих глаз, уверенная в том, что он не сможет устоять перед ней, такой роскошной и привлекательной.

– Тогда переходи к сути визита, не медли. У меня дел по горло, – он недовольно подметил, что ей удалось произвести на него эффект. В первые мгновения у него даже перехватило дыхание. Надо же, знает, что внезапность главный фактор победы. Не зря Владимир ненавидит этих мозгоправов с факультета психологии. Их порой почти невозможно переиграть или вывести на чистую воду.

– Ах, какие мы деловые и обиженные! – насмешливо приподняв тонкую бровь, хмыкнула Ира.

– У меня нет времени на пустую болтовню с бывшими возлюбленными, уж прости, – перебил ее Владимир. Ему уже удалось взять себя в руки, и восхищение ее внешним видом сменило глухое раздражение.

– Знаешь, вчера бывшая, сегодня снова твоя… Мне ведь так не хватает тебя, Володя! Твоей заботы, стремления исполнить любое мое желание, твоих объятий по ночам… – она потянулась к нему и ласково коснулась рукой его руки.

– А что случилось с Филиппом? – он отдернул руку, будто его ударили током. – Перестал удовлетворять твои запросы? Или теперь у тебя поменялись планы на жизнь, и в ней нет места моему сводному братцу?

– Твой брат порядочная скотина. Не думаю, что наш союз продержится слишком долго.

– Знаешь, Ира, в твоей ситуации лучше уж синица в руках, чем журавль в небе, – Владимир посмотрел на нее, такую серьезную, деловую, всегда идущую к цели напролом, и едко ухмыльнулся. Что в ней могло так сильно пленить его три года назад?

– Но ты ведь так сильно любил меня, помнишь? Чувства не проходят бесследно… – начиная понимать, что в нем что-то безвозвратно изменилось, в отчаянии заломила руки она.

– Боже, Ира! Ты бы еще, что при царе Горохе было, вспомнила!

– Я тебе не верю.

– Я никогда не стану строить отношения с женщиной, предавшей меня. Прости.

– Я не предавала тебя! Просто в тот период моей насыщенной научной жизни у меня не было времени на семью и ребенка! А сейчас я готова попробовать.