Он у меня уже имеется, его жизнь и смерть находятся на кончике твоего ножа. Видео погляди, а потом мы снова поговорим.

Трубка замолчала, а через пару секунд сообщила о том, что ей получен видеофайл.

— Чего там? — заинтересованно засопели мои собутыльники.

Выслушав же краткий пересказ беседы, они потребовали срочно открыть видео, что совпадало и с моими пожеланиями.

— А кто это? — как только пошла запись, спросил Стас.

— Дела, — присвистнул Николай.

— Твою-то мать! — это было единственное, что мог сказать я.

Глава девятнадцатая

Да и как по-другому реагировать? Когда видишь на записи своего друга, примотанного к массивному деревянному стулу достаточно толстой и вроде как даже серебряной цепью, пристойные выражения на ум особо не приходят.

Впрочем, все остальное, что имелось на записи, тоже выглядело достаточно мрачно. Дело происходило то ли в большом подвале, то ли в бойлерной — красные кирпичные стены, какие-то трубы, идущие по ним, сбоку железная лестница, ведущая невесть куда, вернее всего — наверх, к жилым или служебным помещениям. Такой, знаете ли, пейзаж из голливудских малобюджетных фильмов категории «В».

Вот только это не кино, и Олегу, несомненно, приходится туго. Выглядит он, по крайней мере, хреново, не сказать хуже. И сидит там давно, вон на лице его уже не щетина, а некое подобие бороды появилось. Надо думать, прихватил его колдун сразу же по возвращению в Москву, а может, даже и раньше. Наверняка у него имеются подручные, сейчас я в этом почти не сомневаюсь.

— Это ведьмак, — ответил Николай на вопрос Стаса. — Приятель нашего Сашки.

— Беда, — протянул полицейский. — Вот теперь он взял нас за горло крепко и конкретно. Заложник — ход беспроигрышный. Саш, сразу обозначу — статистика удачных освобождений не так уж велика, это я тебе говорю как человек из Системы. В телевизоре, понятное дело, каждое из них заканчивается победой силовиков, но в жизни все печальней.

— Не дурак, — бросил я. — Черт, вот как же так?

Снова взревел телефон.

— Ну, посмотрел киношку? — весело осведомился колдун. — Понравилось?

— Не то слово, — зло ответил я.

— Тогда повторюсь — вечером ты обязан убить Марфу. Нож при тебе, так что — вперед. Она, конечно, ведьма матерая, опытная, в честной схватке у тебя шансов было бы не очень много, но тут ситуация другая, можно ударить по уму, то есть — исподтишка. Все предпосылки для этого есть — ты вроде как стремишься к миру, да еще и волкодавы из Отдела за разговором присматривать станут. Все получится, Смолин, я в тебя верю. А если нет… У тебя много друзей, Александр. И ведьмаков, и людей. Я их всех знаю, и стану убивать одного за другим.