Америку открыл, так тебя растак… А я здесь почему, ты думаешь? Эх, Трубачёв, Трубачёв, забил ты на нашу староновогоднюю традицию! В баню с друзьями, конечно, не ходим, но в горы ездим!

— Если бы кто-то еще согласился этот праздник со мной отметить… — тонко ему намекаю, что можно бы и друзьям уделить денек раз в полгода. — По нашей с тобой традиции, между прочим!

— Натан, который раз повторяю, я не собираюсь ругаться с женой, чтобы вы могли потрахаться со шлюхами в моем в домике в горах!

— Да почему обязательно шлюхи! Старый Новый год — это не только шлюхи! Проведем время мужской компанией…

— Знаю я вашу мужскую компанию… Не первый год дружим. Сказал же — не поеду! Но ключи дам, развлекайтесь как хотите, только дом не спалите!

Глава 13. Дорога в горы

Тогда же:

Ждана

— Ты же любишь праздники, Элена? — Войтов повторяет свой вопрос, делая упор на слово «любишь».

«Люблю ли я праздники?»"

"Ага, как же, обожаю! Особенно в компании психа, которому в каждый красный день календаря не терпится поиграть в игру «Разобьем Ждане лицо в кровь»!

Я не мазохистка, не испытываю ни малейшего удовольствия от боли, но мне «повезло» родиться с высоким болевым порогом. От одного щипка рыдать не стану — это точно. В детстве думала, это хорошо, что не нюня. Но я и не предполагала, что это может сыграть против меня.

Все девчонки у нас поделены на три группы: ванильки, которых советуют клиентам без явных психических отклонений, середнячки и группа с высокими возможностями. Я как раз в последней компании — показала высокие результаты тестов на стрессоустойчивость, хорошо переношу боль, психологическое давление. Гнусь, но не ломаюсь, как в народе говорят. Но это ведь не значит, что Роману можно надо мной издеваться!

— Конечно люблю! — отвечаю ему с вымученной улыбкой.

Он косится на меня и заводит машину, отъезжает от огромного серого здания, которое занимает фонд.

Когда мы останавливаемся на одном из светофоров, Роман замечает, что у меня на пальце кольцо. И в его лице что-то неуловимым образом меняется.

— Не думал, что ты его наденешь… — замечает он, щурясь.

— Почему нет? Ты же подарил от чистого сердца?

«Господи, где ж я научилась так врать-то! Аж сама себе верить начинаю. Хотя... у меня было целых пять лет практики!»

— Хорошо, что ты это понимаешь, Элена! Так тебе будет гораздо проще всё пережить…

В эту секунду я замираю, кажется, бледнею и чувствую, как холодеют и одновременно потеют руки. Странное и мерзкое ощущение.

— Что «всё»? — вопрос вырывается из меня, выскакивает, его не остановить.

— Узнаешь в свое время! — строго чеканит он и больше на меня не смотрит.

Мы выезжаем из города, и чем дальше едем, тем сильнее я начинаю переживать.