У него свой самолет, а у них есть взлетно-посадочная полоса. — Она резко опустила взгляд. — Но улетел он туда не по бизнесу.

— А почему тогда?

— У него там… подруга. В Айдахо.

— Что за подруга? — Когда она не стала вдаваться в подробности, Балз тихо пробормотал: — Этот человек — дурак.

Красивый темный взгляд вернулся к его собственному, и ее руки, изящные и дрожащие, коснулись лифа ночной рубашки.

— Правда так думаешь?

— Думаю что? Что именно он упускает, игнорируя тебя? Черт возьми, — Балз выставил вперед свободную руку. — Прошу простить мой французский.

Когда Миссис слегка покраснела и снова посмотрела вниз, Балз ощутил грусть при мысли, что этой красивой женщине требовалось утешение от вора. С другой стороны, кто может лучше определить ценность?

— Значит, он в Айдахо. — Никогда еще Балз не любил этот штат так сиьно. — Как хорошо, особенно в это время года.

Миссис подняла глаза.

— О нет, ранней весной погода ужасная.

— Я не согласен. Я думаю, что погода для него идеальная. — Пусть этот ублюдок отморозит себе член. — Как и для тебя в Колдвелле. Намного… лучше.

Через мгновение она медленно кивнула.

— Здесь очень хорошо. В это время года.

Забавно, подумал Балз, как два незнакомца могут вести разговор о вещах, используя слова, которые, черт возьми, не имеют никакого отношения к теме разговора.

— И я думаю, ты ошибаешься, — сказал Балз, открывая крышку коробки с ожерельем. — Если твой муж купил это на годовщину, ты обязательно должна оставить его себе.

Ее взгляд упал на шкатулку с драгоценностями. И она сказала тихо, но твердо:

— Оно застраховано. Так что он вернет свои деньги. Он всегда получает свои деньги.

— Тем не менее, к этому ожерелью ты наверняка испытываешь привязанность. — Балз мизинцем высвободил бриллиантовый ошейник из бархатного гнезда и бросил футляр через плечо. — Что-то, что заставит тебя улыбаться, когда ты его носишь.

— Думаешь? — спросила она.

Балз кивнул.

— Я знаю. И докажу это.

— Правда?

— Да, — он подошел к ней. — Прямо сейчас.

Аромат ее возбуждения завёл и его. Как будто член нуждался в помощи, когда дело касалось ее тела?

Балз расстегнул застежку, а затем повернул ошейник с бриллиантами внешней стороной и потянулся через наэлектризованный воздух между ними.

— Что ты делаешь? — прошептала женщина.

— Я надеваю ожерелье твоего мужа тебе на шею. — Он прижался губами к ее уху, застегивая застежку. — Так чтобы я мог трахнуть тебя, пока ты в нем.

Ее вздох был чертовски эротичным.

— Почему… зачем… зачем ты это делаешь?

Балз отступил назад. Ее сердцебиение пульсировало в яремной вене, и, когда женщина учащенно задышала, шелк ее ночной рубашки скользнул по ее соскам. Черт, Балз резко ощутил прилив дикого голода. Ненасытного.