— Предлагаю начать со Львова, — елейно произнёс Земельцев, довольно развалившийся в кресле, — Он здесь нечастый гость, и нет сомнений, что он оказался втянут в…

— Соблюдайте протокол, Евгений Олегович! — перебил его недовольный директор, — И не нужно никаких домыслов! У нас есть масса… материалов, предоставленных министерством внутренних дел! И вина обоих студентов не вызывает сомнений! Большая, или меньшая — нас не интересует! Мы здесь для того, чтобы определить наказание!

Земельцев заткнулся, а Змеев, прожигающий его презрительным взглядом, не удержался от короткого смешка.

— Итак… — продолжил Кощеев, — Не будем затягивать процесс, так как всё уже обговорено и не раз…

— Если позволите заметить, господин директор… — мягко произнесла Ванесса Онегина.

— Слушаю.

— Спешу напомнить, что студент Апостолов оказывается здесь уже не в первый, и не во второй раз. Он не единожды проявлял себя как «опасный» элемент, и на мой взгляд, заслуживает более серьёзного наказания, чем господин Львов.

«Господин», ха! Даже в обращениях эта бледная сука старалась меня уязвить! Ну-ну, старайся дальше.

— Забавно, что декан факультета Целительства и Некромантии не может исправить собственные проблемы со слухом, — невозмутимо заметил Змеев.

Эти слова оказались сродни пощёчине. Ванесса дёрнула головой и резко повернулась к моему декану.

— Я вас не понимаю!

— Директор только что сказал, что мы собрались здесь не определять степень тяжести наказания — а просто его назначить. Вы же, очевидно, его не услышали — потому я и сделал вывод, что у вас проблемы со слухом.

— Вас не было в актовом зале! — прошипела Онегина, проигнорировав плохо завуалированное оскорбление, — Вы не видели, что существо Апостолова собиралось сделать! Если бы не мы…

— Вы, насколько я знаю, не смогли сделать ничего, — всё также невозмутимо продолжил мой декан, — Апостолов сам остановил своё родовое существо. Рискуя жизнью, прошу заметить — его едва не разорвали магические потоки, которые начали прорываться из…

— Илья! — рявкнул Кощеев.

— Да, прошу простить, — спохватился Змеев, сообразив, что едва не сболтнул лишнего.

Можно подумать, я не знаю, что речь об Урочище!

— Тем не менее — он сам остановил своё существо. А по пути, если я правильно помню, спас четырёх студентов от… Порождений этой странной магии. Думаю, это говорит в его пользу.

— Мы снова вертим круг без точила, — поморщился Черномор, — Всё это уже было сказано, и не раз!

— О чём и речь, — кивнул Кощеев, — А потому, повторяться мы более не станем! Чудо, что никто не пострадал!

После этих слов ректорат на несколько секунд замолчал. Кощеев, собравшись с мыслями, продолжил:

— Как бы там ни было — из-за безответственности и самоуверенности Апостолова и Львова «Арканум» понёс урон.