Их уже давно там нет, уверен в этом. Надо ехать на квартиру к Туркиной младшей. Это вполне могло быть похищением, ты же знаешь, Зиновий давно на нас с тобой зуб точит.

При этих словах глаза Добрыни недобро сверкнули, а огромные кулаки сжались так, что побелели костяшки на пальцах.

– Ему не жить, – прорычал Добрыня.

Не сговариваясь, оба молодых человека бросились к своим автомобилям. Рев мощных моторов взорвал тишину загородной жизни!

***

– Говори, подлец, где Анфиса?!

Зиновий Туркин, мужчина серьезный во всех смыслах этого слова, съежился в своем недешевом кресле, пытаясь хоть как-то защититься от двоих верзил нависших над ним.

– Кто? Какая еще Анфиса?! Ребята, много пить вредно! Вы что там, у старого Петра на шашлыках перебрали оба?!

– Зиновий, ты мне зубы не заговаривай, – прорычал Добрыня так грозно, что казалось, стены дома задрожали. – Где твоя дочь и моя Анфиса?!

– Зиновий Валерьевич, – кажущимся спокойным голосом произнес Алексей, – я бы не упорствовал на вашем месте. Лучше признаться сразу, а то так и до утра можно не дожить."

"Березкин улыбнулся. Но не было в той улыбке добродушия. Кто был близко знаком с молодым человеком, знал, что после этого с его собеседником можно попрощаться. Морально ли, физически, и неизвестно было, что лучше для несчастного. Алексей умел уничтожать соперников. Изящно, не так прямолинейно, как Добрыня, но очень жестоко.

– Да не знаю я, где ваша Анфиса! Кто это вообще?

– Врет, – холодно резюмировал Алексей. – Знает, кто это и догадывается, где они. Более того, радуется. Гад.

Добрыня одной рукой схватил неудавшегося тестя за грудки и поднял мужчину в воздух:

– Последний раз спрашиваю, где??!

– Отпусти! Скажу, скажу! – как-то совсем по-девичьи запищал Туркин.

Добрыня разжал кулак, и Зиновий рухнул кулем на пол.

– А-о-у, – взвыл мужчина от боли, – что ж ты, делаешь?! У Индирки они на квартире. Я так думаю. Все, прочь отсюда, или я охрану вызову!

– Давай, давай, – ухмыльнулся Алексей, – ты только реанимируй их всех для начала, а потом вызывай в свое удовольствие.

Молодые люди покинули дом и снова направились к своим автомобилям. Оба знали куда ехать, не было нужды обсуждать план. Тем более, когда это касалось прямолинейного Гольдзмана. Березкин знал, его друг, как ледокол без тормозов, если что-то решил – плана не будет. Все действия по ходу дела. Куй железо, пока горячо, ну, или что-то в этом роде.

– Давно руки чесались дать пинка этому вездесущему подхалиму – попытался пошутить Алеша, садясь в машину, но Гольдзман уже завел мотор и не услышал партнера.

Глава 7

Что бы вы сделали, увидев огромный синяк на лице маленькой, хрупкой восьмилетней девочки? А потом и на тоненьких ручках? Что бы подумали?

Все, что сделала я – сжала кулаки и зубы.