Хотя до того момента, как она остановилась перед домом, который буквально пульсировал от музыки, не была уверена, что таки пойдет на вечеринку.

Она сказала маме, что встречается с девочками из школы и может остаться у них ночевать, успокоив ее, взволнованно кудахчущую, фразой: «Конечно я сообщу, когда мы будем дома», а потом написала Эйдену, чтобы узнать, сможет ли он забрать ее около часа ночи, может, раньше, и добавила, что ее отпустили на всю ночь. Вспомнив об этом, она улыбнулась, несмотря на то, что сильно нервничала.

Марк Притчард не был так богат, как Наташа, но у его семьи был большой дом с двумя гостиными внизу, просторной кухней и небольшим кабинетом в тыльной части, окна которого выходили в сад. Сначала, когда Бекка зашла с холода и ее живот вдруг скрутило от волнения, она никак не могла сориентироваться. Люди в яркой разноцветной одежде, которые топтались повсюду, выглядели, как вспышки. Некоторых она знала только в лицо. Несколько парней, выпускников прошлого года. Музыка, звучащая в холле, была слышна во всем доме. Тут она никогда не найдет Ташу. Бекка решила, что прийти сюда было самой большой глупостью, которую она когда-либо совершала. Они все будут над ней смеяться?

Все. Плюнь на это. Кто такие все? Ты ведь только Барби имеешь в виду. Ты не Ханна. Никто больше не посмеивается над тобой. Тебя не замечают, но ты не та, над кем шутят. Но, может, она только выходкам Барби и придавала значение. А если они сделают что-то, чтобы унизить ее здесь, перед всеми сверстниками, тогда она точно станет посмешищем. Еще одной Ханной. Может, ей прямо сейчас стоит написать Эйдену. Может, ей просто…

– Бекс!

Она подняла голову. Со стороны кухни ей помахала рука, а затем Наташа начала пробираться мимо пьющих и разговаривающих в коридоре людей. И вот она схватила Бекку за руку.

– Разве тут не отлично? Мама Марка даже оставила нам запас еды и выпивки. Пойдем!

Пути назад не было.

Она сняла пальто в кухне, приветственно кивая всем, кто попадал в ее поле зрения, и осторожно отыскивая взглядом Хейли и Дженни, а Наташа тем временем наливала им обеим крепкий коктейль, состоящий из водки и клюквенного сока.

– Ну, давай! – Они чокнулись пластиковыми стаканчиками. – За то, чтобы быть живыми.

Пока Бекка пила – слишком быстро, нуждаясь в заряде для уверенности, – она думала, что Таша никогда не выглядела лучше, чем сейчас, после того как чуть не умерла. Ее кожа сияла даже под бронзатором, мерцающим, как звездная пыль, на обнаженных руках и шее. Она выглядела изящной, просто идеальной в своих зауженных джинсах и блестящем полосатом топе. Рядом с ней Бекка почувствовала себя регбистом во всем облачении. Она опустила взгляд на свои удобные ботинки «Doc Martens», а потом на Наташины кремовые десятисантиметровые шпильки.