В обмен Мария Федоровна согласилась на его развод с Анной Федоровной и на брак с полькой, тогда же получившей титул княгини Лович.

Манифест об отречении Константина и утверждении наследником российского престола великого князя Николая был написан архиепископом московским Филаретом (Дроздовым) и утвержден императором 16 августа 1823 г. Документ этот остался тайным, поскольку означал смену династии Романовых на новую династию – дворян Бабкиных. В высших кругах империи такую замену не приветствовали, и Романовы опасались переворота. Но Мария Федоровна торжествовала!

С Елизаветой Алексеевной вдова временно примирилась лишь один раз: в конце 1805 г.

императрицам секретно донесли, что 2 декабря русская армия потерпела сокрушительное поражение от французов под Аустерлицем. Перед лицом возможного народного бунта женщины объединились. Празднично разодетые, обе торжественно встретили на ступенях Казанского собора Александра I. Чествовали его как победителя, был отслужен благодарственный молебен. Эта авантюра неожиданно резко подняла дух императора и сгладила разочарование народа. Тем временем противостояние императриц продолжилось.

Николай достиг совершеннолетия в 1814 г., а в 1816 г. начались переговоры о заключении брака между ним и Фредерикой Прусской. Сложность интриги была в том, что Фридрих II, умирая, завещал своим преемникам никогда не вступать в брак с представителями Дома Романовых. И тогда Мария Федоровна, опять же тайно ото всех, намекнула отцу девицы, что Николай наверняка станет императором российским. Это при живом-то наследнике Константине и вполне способных еще родить мальчика женах императора и цесаревича! Однако завет Фридриха II мгновенно был забыт, и брак состоялся.

Елизавета Алексеевна заболела туберкулезом, долго чахла и в августе 1825 г. совсем ослабла. Александр I решил отвезти жену в Таганрог и там провести с ней зиму 1826 г. В Таганроге императрице и в самом деле полегчало. Зато император заболел и умер 19 ноября 1825 г. – то ли от малярии, то ли от брюшного тифа, то ли был отравлен, то ли покончил с собой… А возможно, ушел в пустынь. В любом случае 25 марта 1826 г. в императорской усыпальнице Петропавловской крепости был похоронен пустой закрытый гроб, за которым скорбно шла мать покойного и причитала:

– Да, это мой дорогой сын, мой Александр!

Куда делись останки императора, неизвестно по сей день.

Но это было потом. О кончине Александра I прежде всех сообщили Марии Федоровне. Достали тайный Манифест, и началась придворная смута. Вельможи требовали личного присутствия Константина при оглашении его отречения. Константин же отказывался покидать Варшаву… Тем временем Николай I, предупрежденный о грозящем дворянском бунте, трепетал и готовился.