Либо ты вернёшься в свою привычную унылую и бесперспективную жизнь, либо начнёшь новую прямо сегодня, сразу после нашего с тобой разговора».

«У тебя есть десять минут на раздумья. Время пошло».

Отведённое им время истекало.

Мысли стремительным потоком, перекрикивая друг дружку, проносились в моей голове. Я не понимала его. Он то говорил, что заставит меня подчиниться, то, что неволить меня не будет. Сначала сказал, что я так или иначе останусь на какое-то время здесь, а потом заявил, что отпустит меня, если я откажусь. Так где же он врал?

Проверить это можно было только одним способом, и я решилась на это.

Когда он вошёл, я снова стояла у окна. Повернувшись к Олегу, посмотрела в его прищуренные карие глаза.

— Ну? — спросил он, сунув руки в карманы брюк. — И каково же будет твоё решение?

— Я не останусь здесь, — так дерзко, как только смогла, ответила я. — Я хочу уехать домой.

Покачав головой, он поцокал языком.

— Тогда ты останешься здесь бесплатно. Я хотел договориться по-хорошему, но ты не оставляешь мне выбора.

— В смысле? — ошарашенно спросила я. — Вы же сами сказали, что…

— Я тебя не отпущу, — сказал он.

 — Ты останешься здесь.

Я так оторопела, что даже не нашлась, что ему ответить на это.

— В следующий раз, — сказал он, — не нападай на прислугу, когда он принесёт тебе еды. Потому что в ином случае ты надолго останешься голодной.

Я сделала шаг к нему, но он властно поднял руку и навёл указательным пальцем сначала на меня, а потом на подоконник, у которого я стояла.

— Вернись на место, — приказал он.

— Олег, вы что себе позволяете вообще? — сбивчиво из-за волнения проговорила я. — Я вам что, лошадь ваша, что ли? Или собака?

— Я сказал — встань, где стояла.

— А то что? — возмутилась я, оставаясь на месте. — Бить меня станете?

— Нет, — ответил он.

А затем поднял руку и громко щёлкнул пальцами.

Секундой спустя в комнату вошёл огромный, двухметровый и жутко накачанный негр. Эбонитово-чёрный, с мощными грудными мышцами и выделяющимися, бликующими кубиками пресса на голом торсе. Он был бос и одет только в белые льняные штаны, подвязанные верёвочным поясом. Обойдя осколки и красноватую лужу, он сначала посмотрел на Олега, который был его ниже едва ли не на голову, а затем, заиграв желваками, сурово уставился на меня.

Обхватив одной огромной кистью другую, несколько раз громко хрустнул костяшками. Я так охренела, что в ужасе попятилась назад.

— Это Ньенга, — ледяным тоном произнёс Олег. — Стоит мне приказать ему взять тебя силой на моих глазах, он тут же сделает это, можешь мне верить.

Я нервно сглотнула и посмотрела между колыхаемых ветром штор вниз. Третий этаж. Выпрыгну — покалечусь… Я снова взглянула на этих двоих.