— Ради бога, Герман Трофимович, что случилось?! — отступив к окну, взмолилась огненноглазая дева.

— Это не Клавдия Клушина, — шепотом, похожим на змеиное шипение, ответил толстяк, тыча сосискообразным пальцем в закрытую дверь. — Это Елена Логунова! Вы что, телевизор никогда не смотрите? Это журналистка с телевидения! Я вас спрашиваю, что она здесь делала?!

— Пришла наниматься на работу, — задумчиво хмурясь, ответила кадровичка. — Взяла анкету и пошла ее заполнять, обещала скоро вернуться.

— А вот этого, пожалуйста, не надо! — дергая галстук, попросил Герман.

Он ошалело покрутил головой. — Только этого еще не хватало, журналистка в моей фирме!

— Пока что это фирма Кочерыжкина, — напомнила Виктория.

— Именно, что «пока», — толстяк криво ухмыльнулся узким ротиком, словно конфигурируя щель копилки под помятую монетку. — Она с ним общалась? Нет?

— Она упомянула путь и сказала, что направлена из центра, — сказала Виктория. — Я думала, это вы ее прислали!

— У, как все запущено! — Герман нахмурился пуще прежнего. — Совсем плохи дела!

— Что мне делать, если она вернется? — спросила Виктория.

 — Анкету принимать?

— Прими и пообещай дать ответ в течение месяца. Я сам с этим делом разберусь!

Гневливый толстяк распахнул дверь и вылетел в коридор, едва не сбив с ног застопорившегося посреди дороги Кочерыжкина. При виде генерального директора Герман мгновенно изменил выражение лица, резко вздернув вверх уголки уныло опущенных губ, и подарил встрепенувшемуся Эдуарду Рудольфовичу ослепительную улыбку. Кочерыжкин отчего-то сразу погрустнел, а багровый от подавленной злости Герман поплыл к выходу, как первомайский воздушный шар.

Михаилу, который в отличие от Кочерыжкина видел Германа в фас, толстяк больше напомнил грозную шаровую молнию.

Уже через полчаса я была в «Планиде», где меня ожидал сюрприз. Верочка, в отсутствие начальницы занимающая ее стол в первом кабинете, при моем появлении достала из ящика белый конверт.

— Наталья Степановна велела выдать вам аванс, — сказала она, положив конверт на край стола.

— Аванс? Но я еще почти ничего не сделала, только предварительно разведала обстановку. — Я замахала руками, отказываясь от денег. — Мне пока не за что платить!

— А это, строго говоря, и не плата вовсе.

 — Верочка пожала плечами. — Это деньги на расходы. Когда закончите работу, вы за них отчитаетесь по всей форме.

— Я не знаю формы, — призналась я, все еще медля взять конверт.

— Пустяки, — Верочка махнула рукой куда-то мне за спину. — Там на полке стоит такая амбарная книга в зеленом переплете, это подшивка Диминых авансовых отчетов. Возьмите за образец.

— Возьму сейчас же! — обрадованно воскликнула я, коршуном бросаясь на зеленую амбарную книгу.