— Ты куда? — спросила я, видя, что она выходит из комнаты.

— Пойду загляну в холодильник, — ответила подруга.

— Отлично! — горько воскликнула я. — Самое время перекусить перед смертью!

Не дождавшись ответной реакции, я сняла ветровку и бронежилет и бухнулась на диван. Свернулась калачиком, накрыла голову подушкой и, на удивление, быстро уснула.

В 19.00 я сидела на лавочке с видом на фонтан, нервно крутя в руках большую пустую косметичку. Из дюжины парковых скамеек, окружающих бассейн с водометом, для меня была выбрана та единственная, к которой никак нельзя было подобраться незаметно. Еще утром с тылу к «моей» лавочке подбирались густые заросли кустов и дикой мяты, но сразу после обеда молодой орешник был безжалостно вырублен, трава частично скошена, частично вырвана с корнем, и сейчас в трех метрах за моей спиной деловито возился озеленитель, квадратно-гнездовым способом рассаживающий цветочки.

Другой садовник разъезжал поблизости на моторизированной газонокосилке с прицепом, выписывая затейливую кривую между деревьями и стараясь держаться в радиусе десяти метров от моей лавочки. Я надеялась, что он не станет подъезжать ко мне слишком близко, потому что к скамейке снизу был прикреплен чувствительный диктофон.

Еще с полчаса назад в парке было весело и шумно, но потом солнышко вновь скрылось за тучами, опять пошел дождик, мелкий и противный. Правда, стойкие пенсионеры на открытой танцевальной площадке слева от фонтана упрямо вальсировали, и ростовые куклы под крышей летнего театра призывно махали руками, лапами, крыльями и плавниками, зазывая народ на свое вечернее представление. Гуляющие в основном засели под навесами и зонтами многочисленных кафешек, хотя кое-кто продолжал бродить по аллеям и дорожкам. На этих любителей пеших прогулок я посматривала с беспокойством: их разноцветные зонтики внушали мне вполне понятный страх.

Прошло не меньше пяти минут, прежде чем у меня появился собеседник.

— Закурить не найдется? — спросил длинноногий юноша, пугающим прыжком заскочивший под зеленый навес дубовых ветвей, прикрывающих мою лавочку сверху.

Над головой парень держал раскрытую промокшую газету, зонта у него не было, и только поэтому я не завопила от ужаса, но на вопрос ответила все же излишне нервно:

— Нет!

— Жаль, — сказал молодой человек. — Можно я тут рядом с вами посижу? Пока дождь не кончится.

— Нет! — снова взвизгнула я. — Я жду одного человека!"

"Юноша посмотрел на меня с упреком и молча вышел под дождь. Мне стало стыдно, я вздохнула и обернулась к садовнику, ползающему по грядкам в дождевике с капюшоном. Капюшон размашисто кивнул, я еще раз вздохнула и заглянула в пустую косметичку.