Сними неприкосновенность и всё, прощай доход.

— Вы слишком много себе позволяете, ваше высочество! — воскликнул хозяин белого замка.

— Ошибаетесь. Это вы… позволили себе слишком много.

Намёк касался выходки с барьером, выходки после которой Настя развернулась и покинула холл. И это поняли все.

— Да ваша лишенка… — начал было герцог. Вскочил.

А вот закончить мысль не успел, потому что огненный принц перебил. Он сказал только одно слово, но интонацию, с которой его произнёс, знали все.

— Убью.

Герцог захлебнулся воздухом и плюхнулся обратно в кресло. Остаток совещания прошел очень продуктивно.

И уже после, вечером, когда принц сходил с ума, пытаясь выполнить собственное решение — дать колдунье свободу, позволить самой решать где и с кем быть, а потом лез на стену от того, что метка больше не просматривается в магическом поле и выл, осознав — Настя ушла в свой безмагический мир и уже не вернётся… узнал, что Фарриан не только налоговых проверок испугался.

У Фарриана есть сын. Да, он бастард, но когда пройдёт реформа, у него появится право обратиться к короне за справедливостью. И корона может назначить первенца наследником, и обеспечить право наследования может. Корона может всё, если нет неприкосновенности.

Но даже если отмести ситуацию с герцогом, остаётся факт — Эрик заявил о грядущих изменениях и вряд ли в Фаргосе найдётся аристократ, которому они понравятся.

Ну и третье событие, которое могло подстегнуть заговорщиков — появление колдуньи. С тех пор, как Настя возникла на пороге его спальни, кронпринцу кажется, что живёт не в королевстве, а в маленькой деревушке. Просто только в деревне слухи могут разлетаться с такой быстротой.

Весь Фаргос знает, как наследник относится к колдунье, и мало кому из аристократов хочется, чтобы Настя ответила взаимностью, ибо чем больше резерв, тем опаснее маг. А Эрик и так слишком опасен. По крайней мере, был опасен.

Любое из этих событий могло послужить катализатором. Что, впрочем, никак не влияет на круг подозреваемых.

Ну а итог… итог плачевнее не бывает. В нынешних обстоятельствах покидать убежище прежде, чем восстановится резерв — смертельно опасно. Восстановление займёт около двух недель. Это невероятно долгий срок. Скорее всего, Эрика посчитают мёртвым, а когда у короля нет преемника, в его землях начинается смута. И даже если принцу удастся вернуться до свержения монарха, смута продолжится — ощутив вкус власти, мало кто может остановиться."

"Рассчитывать на то, что кто-то из союзников найдёт убежище и поможет Эрику вернуться — бессмысленно. Единственным, кто знал про домик, был дед.