Я смотрела и глазам не верила — ведь ни следа от того чудовища, которое изводило несчастную колдунью, не осталось. Куда, спрашивается, подевалось?

«Он успокоился,» — подсказал Верез. Голос старика прозвучал хитро.

Сама не знаю почему, но сперва вспыхнула, а уж потом спросила:

«Успокоился? А… а о чём он переживал-то?»

«Настя!» — ёмко ответили мне.

Ну… ну да, я — Настя.

В сознании делано застонали. Потом меня накрыло волной шутливого негодования. Следом пришла ещё одна волна — ревность. Правда, последнюю породил не Верез, а я сама.

Чертовски неприятно смотреть, как какая-то румяная фифа с длинной косой Эрику кувшин преподносит. И кланяется так, чтобы их высочество получше декольте разглядели, и глазками стреляет.

Клянусь, если бы Верез не расхохотался, я бы себя выдала.

«Настя!» — вновь воскликнул старик.

Я сжала зубы и попыталась переключиться на Кардера и Снипа.

Вскоре и нам поднесли по кувшину. В том, который подали мне, оказалось молоко. Честно — я молоко терпеть не могу, но пришлось отпить. Ведь подруге принца нельзя брезговать вниманием подданных, верно?

Когда снова оказалась в объятьях огненного наследника, а бабий гомон сменился гулким стуком копыт, испытала невероятное облегчение. Даже тот факт, что впереди снова маячит лес, и нам опять придётся позабыть про яркое солнце и окунуться в тень, не напрягал."

"Едва над головами сомкнулся свод деревьев, Эрик потянул поводья. Мы ехали последними, наверное поэтому Кардер и Снип не заметили, что мы отстаём. Я жутко смутилась, хотя уверенности в том, что красноволосый намерен сделать именно то, о чём подумала, не было. Неуверенно, как будто удивлённо, повернулась к нему — глаза Эрика пылали, но на этот раз алый цвет не обжигал…

Я всё-таки ошиблась. Никаких поцелуев. Он просто бросил повод, обнял и зарылся носом в мои волосы. Он… он дышал мной — иначе это назвать невозможно. Я начала таять, на губы скользнула самая глупая, самая счастливая из всех возможных улыбок. Хорошо, что её никто не видел. Мне было очень тепло и удивительно приятно. Никогда прежде не испытывала такого блаженства.

А потом раздался насмешливый голос Кардера:

— Что, даже до постоялого двора не потерпите?

Эрик не отпустил, нет. Просто одна рука на мгновенье взлетела в воздух, а Кардер расхохотался. Глава тайной канцелярии совсем страх потерял — он приближался к нам. И Снип, разумеется, тоже. За шатеном плелась несчастная запасная лошадка, с которой я когда-то свалилась.

— Ваше высочество, имейте совесть! — голос Кардера ликовал.

Рука Эрика вновь отпустила мою талию, но блондина не отпугнула.

— Нет, ну если всё настолько серьёзно, то можем вернуться в деревню. Уж для принца они домик освободят!

В этот раз в воздух взметнулась моя рука. Мой жест иномирный вельможа истолковал верно.