– Это уже интересно, – пробормотал Дронго. – Очень большая сумма для актера средней руки. Это явно не гонорары за выступления. Еще в серванте лежали часы, достаточно дорогие. А в сахарнице был женский кулон с бриллиантом, который стоит одиннадцать тысяч пятьсот тридцать евро.
– Откуда такая точность? Там был ценник?
– Конечно. Или ты думаешь, что моя дедукция позволяет мне определять цену на глаз? Женский кулон с бриллиантом на цепочке, купленный примерно полтора месяца назад. Неужели у него были такие доходы?
– Он приехал из Батуми и поступил в театральное училище восемь лет назад, – сказал Эдгар, просматривая биографию актера на его сайте.
– Он снимался в фильмах и в сериалах только в эпизодических ролях, – напомнил Дронго. – Даже если Табатадзе получал тысячу долларов в день, то и тогда не смог бы купить машину, переехать в такую квартиру и держать дома столько денег.
– Ты думаешь, что он альфонс, да? Исчезнувшая жена Концевича содержала своего любовника?
– Слишком невероятно. Она не потерпела бы рядом с собой такого типа. Он был нужен ей в качестве сексуального партнера. Но тратить на него деньги своего мужа, то есть фактически свои собственные, Тамара никогда не согласилась бы. Как ты тогда объяснишь наличие женского кулона у него в доме?
– Может, она подарила ему свой, чтобы он его продал? Такую возможность ты исключаешь?
– Абсолютно исключаю.
– Тогда нужно разбираться и с его доходами.
– В первую очередь, – согласился Дронго. – Если сегодня его труп обнаружат, то уже завтра следователи придут в театр.
– Дверь закрыта. Судя по всему, он жил один, – сказал Вейдеманис. – Я думаю, что Табатадзе может пролежать там еще несколько дней, прежде чем его начнут искать.
– Позвони Леониду Кружкову, пусть поедет туда, во двор, и осторожно выяснит. Если в квартиру сегодня ночью никто не входил, то завтра мы поедем в театр. Когда-то им руководил знаменитый Гончаров. Театр имени Маяковского у Никитских ворот.


















Комментарии
Добавить комментарий