И почему-то с каждой секундой все больше угасает надежда на счастливый исход этой затеи.

Когда минут через пятнадцать заветная дверь все-таки открывается, я уже сижу как на иголках. Мне очень хочется увидеть Константина Олеговича под конвоем в кандалах и с самым печальным выражением холеной морды, желательно с подбитым глазом и без зубов, но это только мои мечты. Потому что появляется он вполне себе свободный, уверенный и с затаенной насмешкой в наглых глазах. Проходит мимо меня, едва смерив взглядом, а следом за ним идет инспектор — тот самый, который меня допрашивал, и выглядит он совсем иначе. И улыбается, и согласно кивает, и разве что хвостом не крутит перед Седовым. Провожает его до дверей из отделения, а потом возвращается обратно, на ходу небрежно обронив:

— Заходите.

У меня все обрывается внутри.

Отмазался! Сто пудов отмазался!"

"В кабинет я захожу, как на казнь, присаживаюсь на край стула и боюсь дышать. Идея накатать заявление на босса внезапно кажется наивно-глупой. Где я и где он?

— Вы с ним поговорили? — спрашиваю без особой надежды.

— Да. Поговорили и многое прояснили, — недовольно поджимает губы.

И что-то подсказывает, что недоволен он именно мной, а не зажравшимся сукиным сыном, который недавно ушел.

— И?

— Константин Олегович готов пойти вам навстречу и завершить конфликт мирным путем. Вы забираете свое заявление, а он в свою очередь не станет подавать встречный иск.

Уму непостижимо. Встречный иск?! От человека, который сначала предложил отсосать, а потом преследовал?! Куда катится этот мир, я не понимаю.

— Встречный иск?

— Да. За клевету. Он рассказал о том, как он пошел вам навстречу и взял вас на работу, поверив рекомендациям, а в итоге оказалось, что ваш нравственный облик оставляет желать лучшего…

Сижу, слушаю инспектора в полнейшей прострации. Седов все с ног на голову перевернул. Просто все. Я уже из жертвы превратилась в шантажистку, которая хотела денег, но, не добившись своего, решила испортить репутацию порядочному мужчине. Просто невероятно, и у меня даже нет сил отрицать и отстаивать свою позицию.

— Я вам от чистого сердца рекомендую согласиться на предложение. И поблагодарить его за то, что пошел вам навстречу. В противном случае будут проблемы. Не у него. У вас. Надеюсь, вы это понимаете.

Я понимаю. Прекрасно понимаю и снова чувствую себя оплёванной. Я даже знать не хочу, чего конкретно этот ублюдок про меня наговорил. Все и так предельно ясно.

Может, будь я посмелее, закусила бы удила и пошла до конца, но реальность такова, что я — безработная мать-одиночка, а он — руководитель высокого звена, у которого обед стоит больше, чем я могу позволить себе потратить за неделю.

Мне не остается ничего иного, кроме как согласиться.