=16

В первый же рабочий день я умудрилась проспать. Не критично, минут на двадцать, но этого хватило, чтобы упустить более-менее свободный поток на дорогах. Обычно я приходила раньше на полчаса, спокойно приводила себя в порядок и пила кофе, но сегодня даже к официальному началу работы не успевала.

- Рина, доброе утро, - я набрала номер, придерживая руль одной рукой и водя глазами между дорогой и дисплеем. - Задерживаюсь немного. В пробке застряла.

- Поняла, Надежда Васильевна, - пропела моя заместительница.

По штатному расписанию зам мне не полагался, но Ринка оставалась за меня, если я болела или уходила в отпуск.

Звали ее по-настоящему не Екатерина, не Ирина и даже не Марина, как можно было подумать, а Зарина. Имя это очень подходило изящной восточной женщине, но ее никто так не звал. Она уже подбиралась к сорока, детей не получилось, муж запойно пил, поэтому весь нерастраченный душевный пыл Ринка отдавала своему коту и эзотерике во всех ее проявлениях.

Кстати, по ее безапелляционному мнению, над всеми сотрудницами отдела перевозок, даже имеющими в паспорте штамп о браке, висел мощный венец безбрачия. Некоторых она сводила к своей подруге, которая пыталась этот самый венец снять.

За немалые деньги. Но я не поддавалась.

Проспала я, потому что вечером никак не могла уснуть. Вертелась, вставала, пила воду, смотрела в окно, снова ложилась. Из головы не шли слова Варежки, но я – как настоящие Весы – не могла их ни принять, ни отбросить.

Сначала я была уверена в свой правоте. Даже если мой случайный сосед и оказался мистером Суперсекс, это еще не повод, чтобы его разыскивать и снова вешаться на шею. И потом, в конце концов, если он действительно хотел какого-то продолжения, нехрен было обижаться, как капризная девочка.

Ягодки на крылечке – это, конечно, очень мило, но мог бы приложить номер телефона. Ну да, я сказала, что это в первый и в последний раз, ну и что? Настойчивее надо быть, мужчина, настойчивее. Не робкий юноша уже. Ну а если ему это тоже ни к чему… Что поделаешь…"

"Потом меня разворачивало на сто восемьдесят градусов, и я думала, что права, пожалуй, Варежка. А я – дура. Если уж такая роскошь попала в руки, верх тупости не вцепиться в нее мертвой хваткой. Даже если бы оказалось, что он тотальный козел – хотя вряд ли.

Да и не замуж ведь за него выходить. Секс – это важно. Это очень важно. У меня что, язык отвалился бы сказать: «Было супер, а не повторить ли?» Ну и что, что раньше говорила по-другому. Все течет, все меняется… ой, не надо о грустном… Может, и правда подергать Славку за нервные окончания? Пусть выяснит через Аркадия под каким-нибудь благовидным предлогом, кто это мог быть.

В конце концов я приняла соломоново решение: не принимать никакого решения. Отложить на время – пусть пыль осядет.