Он промолчал в ответ, повисла короткая пауза.

А ей опять пришли на ум те слова.

«Мне есть с кем спать и чем заняться».

«Ты меня в этом плане не интересуешь».

Будь она настоящей невестой Далгета, было бы очень обидно. Это бы ее просто размазало. А так...

Может, и не стоило проявлять любопытство, но это могло дать какую-то зацепку, и она все же спросила:

- Скажи, ему ведь на самом деле не нужна жена? Вся эта свадьба - фарс, да? Мне жаль, что я так некстати сорвала вам сделку.

- Кто тебе сказал подобную чушь?!

От него вмиг повеяло холодом, взгляд стал острым. А Лера поняла, что сейчас ей надо быть очень осторожной, фактически по лезвию бритвы шла.

- Вообще-то он сам и сказал, - пожала она плечами и отвела взгляд.

***

Его брат сошел с ума?

Говорить такое своей ИматАани?!

Саха резко прошипел ругательство и нервно дернул шеей. Потом сказал, глядя на свои сжатые кулаки:

- Поверь, все не так, ты просто неправильно его поняла. Ты важна настолько, что... Он уступил тебе свою спальню.

Все не так. Он хотел сказать, что Далгет отдаст за нее жизнь. И не только Далгет, каждый из них отдаст. Но девушка смотрела на него, и он видел стену недоверия в ее карих глазах. В изящных дугах высоко вскинутых бровей - упрямство. Что бы он ни сказал сейчас, она не услышит.

Так и есть."

"- Сомнительное счастье, - проговорила она, оглядываясь вокруг.

Взгляд ненадолго задержался на большом ложе, и девушка поежилась. А в нем мгновенно откликнулись чувства. И в этом было слишком мало братского. Неловко стало находиться рядом, воздух сделался таким густым, что застревал в легких. Тревожил ее запахом.

И хорошо, что явилась прислуга убрать со стола. Саха опомнился.

Ему точно пора было уходить.

***

Двойственное чувство осталось у Леры, когда ушел Саха. Он показался ей немного странным сегодня. Но думать и анализировать ей точно не хотелось. Устала.

Словно почувствовав ее состояние, появилась Таньма, стала возиться в гигантской ванной, выложенной темно-зеленым мрамором. Лере было дискомфортно тут. Стоило только подумать, что этот мужчина моется в той громадной полированной каменной ванне, становилось не по себе, заливало румянцем. Какого черта?

Это все усталость, сказала она себе. Усталость и постоянное вторжение в ее личное пространство. Но предстояло еще спать в его гигантской постели. И несмотря на то что Таньма на ее глазах перестелила все белье, заменив на кипенно-белое, Лере все равно казалось, что она чувствует его запах.

Думала, не уснет. Однако уснула, и даже неплохо выспалась, как ни странно.

А утром появился Саха с завтраком. И выдал с ехидной улыбочкой:

- Если съешь все, пойдем гулять в сад.

Он опять выводил ее из себя. И Лера не знала, то ли ей вызвериться на солнечного красавца, то ли рассмеяться.