Ведь это их с Далгетом свадьбу праздновать они сюда сползлись! А теперь получалось, что они как бы и ни при чем, так, мебель, статисты, и главные действующие лица тут Захри и его, Нигмата, дочь.

Она невольно оглянулась. Судя по тому, как все Змеищи вырядились, все это заранее спланировано и подготовлено. Одобряют и приветствуют смену ролей? А не рано ли? Ее стала просто душить злость на всех этих хитроподуманных хвостатых.

С другой стороны, если сейчас Далгет выскажется против, он рискует кровно обидеть Захри, выказав ему пренебрежение. Нельзя! Далгет молчал, глядя на Золотого Змея, напряженность повисла в воздухе.

Захри буквально окаменел, а Лера вдруг инстинктивно поняла, что ему все это крайне неприятно.

Наконец Далгет кивнул:

- Конечно. Я несказанно рад за моего брата, это большой праздник в его жизни.

Накрыл своей большой ладонью ее руку и с усмешкой проговорил:

- Но мы же не можем оставить голодными мужчин, которые все утро охотились и добывали мясо для сегодняшнего стола? Нехорошо будет, если веселье омрачится голодным урчанием их желудков. Устроим сначала маленький фуршет, а наши женщины тем временем подготовятся к празднику.

Не так ли, ИматАани?

Это был ответный ход. ДалгетХан оставил последнее слово за собой и открыто высмеял Золотого, намекнув, что тот справляет обручение дочери на халяву. Нигмат скис, и у него промелькнуло злобное выражение, которое, однако, тут же снова сменилось слащавой улыбкой. Но этим он никого не обманул. За несколько дней (спасибо Радужной и Красной) Лера прекрасно научилась улавливать нюансы. Она сдержанно улыбнулась, глядя в глаза старому Змею, и проговорила:

- Безусловно. Мы очень рады.

Мгновенный ропот по залу, послышались смешки.

- Прошу всех, угощайтесь, - сказал Далгет.

Узел напряжения, стянувший было весь зал, ослабился. Потому что, кто бы что ни говорил и какие бы ни вынашивались планы, после активных игр на свежем воздухе есть хотелось всем. Мужчины как будто только этого и ждали, потянулись к столам. А за ними и женщины уже набирали еду в тарелки, прислуга заскользила между гостями, разнося напитки.

И все же напряженность, как перед грозой, висела в воздухе.

Взгляды, незаметные жесты, которыми обменивались мужчины. То, как собирались в группки женщины, чтобы сплетничать.

Радужные и Красные окружили кольцом жену Золотого и его дочь, являя просто образец единства. Синие и Янтарные держались сдержаннее. И все они косились на нее с таким видом, будто она жирное пятно на белой скатерти. Неприязнь, плохо скрытая за улыбками. Но главным было даже не это.

Предвкушение. Как будто ждали чего-то важного.

Далгет отошел отдавать распоряжение, а Лера без него не хотела идти к столу, толкаться среди всех. Саха сходил, принес тарелку ей и себе.