В третьей — тоже пять. В последней — одна.

— А вечером? — уточнил я.

— Мы их уже не видели, — ответил Сочинец.

— О чём это говорит? — спросил я, обводя всех взглядом.

— О том, что им надоело нас преследовать? — предположила Кострома.

— Почти. Им не надоело! — удивил я её. — Они просто решили пораньше устроиться на ночёвку.

— Объясни… — наморщив лоб, попросил Пустырник.

— В контракте было сказано о нескольких полярных видах, которые могут представлять угрозу, так? — я дождался кивков и продолжил: — «Богомолы» и «пушистики» — это уже два вида. Так?.. Кто-нибудь хоть раз видел днём «богомолов»?

— Нет, они нападают ночью, — кивнул Дунай.

— А мишки… Выходит, они нападают днём?

— Именно! Это два вида, которые охотятся в разное время! — радостно кивнул я. — А как они на шапках ледника спасаются от холода и друг от друга, если надо покемарить? Предполагаю, что просто зарываются в снег. Логично?

— Думаешь, они охотятся друг на друга? — уточнила Кострома.

— Как минимум, «пушистики» на «богомолов», но и наоборот — тоже возможно! — кивнул я. — Сегодня я у Дуная уточнял по поводу слуха. И Дунай, и СИПИН сказали, что у «богомолов» плохой слух.

Причём СИПИН говорит, что они могут слышать очень громкие звуки. Зачем им это? На Земле были рыбы, которые, живя в полной темноте, с концами потеряли зрение. «Богомолы» живут там, где ветра завывают громко и непрерывно. И вот вопрос на миллион… Зачем им тогда хоть какой-то слух?

— Рёв «пушистиков»! — Дунай саданул себя по коленке. — Если они слышат рёв, то «пушистик» готовится на них напасть!

— Думаю, что и в обратном порядке это справедливо! — предположил я. — Ну или там, на леднике, есть ещё какой-нибудь вид, на который богомолы охотятся и который умеет издавать громкие звуки.

Так или иначе, остатки слуха у них есть.

— Это я понял… А почему мы все тут сидим вокруг костров, как воробьи на проводах? — уточнил отец Фёдор.

— СИПИН объяснял мне недавно, что на планете существуют почти закрытые биомы, которые практически не пересекаются между собой. И вот эти животные, они используют нынешний температурный режим, чтобы забраться к нам, в соседний биом, и сожрать тут как можно больше. И здесь они либо сдохнут… Либо вернутся назад толстыми и общественно полезными.

— Общая идея ясна! — кивнул отец Фёдор. — А почему ты думаешь, что им нужна минусовая температура?

— Их кровь! У тех же «богомолов» она долго не замерзает на морозе! — пояснил я. — А раз она остаётся жидкой при очень низких температурах, то при более высоких температурах она должна меняться. Как и любая жидкость.

— Вскипать, ёхтель! — поддакнул Мелкий.

— Ну это вряд ли! Но изменения должны быть. В общем, когда теплее, им тут очень не нравится! — кивнул я. — Но это всё предыстория.