В мой дом. Ее желание умерло, когда она вспомнила, что в Сиэтле есть монстр.

Бри судорожно вздохнула. Так, ладно. Единственный способ пройти через это — шаг за шагом. Это все равно, что следовать новому рецепту. Она поморщилась. Ее первая буханка хлеба была тверже бетонных блоков, которые она разбивала в карате. Рецепты не всегда срабатывают.

Так, Шей превратился в собаку. Она напряглась. Собака? Или волк? Был ли он оборотнем? Ее сердце бешено заколотилось. Неужели она тоже превратится в существо? Нет, нет, нет. Ее руки сжались в кулаки под одеялом. Но он не укусил ее.

Ее дыхание замедлилось. Она была с ним наедине в долгих-долгих походах, и он никогда не причинял ей боли.

Прошлой ночью он напал на чудовище. Пытался ее спасти.

Ее руки медленно разжались. Оборотень он или нет, но она обязана псу и Зебу жизнью. Ее губы сжались. И они, черт возьми, просто обязаны ответить ей на множество вопросов.

Откинув одеяло, она увидела кровь на своей толстовке. По ее коже побежали мурашки. Чудовище причинило ей боль. — Он только укусил меня, — прошептала она, — и больше ничего. — Ее самоуверенность не помогла. Она была грязной.

Испачканной изнутри и снаружи. Она чувствовала зловоние, исходящее от ее тела. Мне нужно принять душ.

Когда она встала, стены заплясали и закружились. Желудок неприятно скрутило. Она чувствовала себя ужасно, даже хуже, чем после первой атаки адского пса, хотя тогда она была травмирована гораздо сильнее.

Да что со мной такое?

***

В главной хижине вместе с Зебом Шей ждал, прислушиваясь к звукам душа и шорохам в спальне.

Дверь открылась.

Опираясь на дверной косяк, Брианна остановилась. Она переоделась в джинсы и свободного покроя темно-зеленый свитер.

То, как двигались под ним ее полные груди, говорило о том, что она не надела лифчик. Шей старался не замечать этого. Безуспешно.

Мертвенно-бледная, она все еще оценивала комнату, как воин. Он и Зеб начали подниматься, но она покачала головой.

Ее походке не хватало обычной грации, и ему пришлось стиснуть зубы, чтобы не броситься к ней на помощь. Медленно, как больной артритом старик, она опустилась в кресло.

— У меня есть вопросы к вам двоим. — Красота ее голоса победила ее попытку казаться твердой. Боже, она прекрасна.

Зеб протянул ей содовую, которую захватил из сторожки. Когда она уставилась на банку, как на скорпиона, он нахмурился.

— Мы же парни. Мы не сидим на диете.

— Хорошо. Спасибо. — Она сделала глоток, глядя на стеклянную дверцу дровяной печи. Еще одна саламандра присоединилась к первой, и они бросились друг за другом в дымоход. Когда ее взгляд проследил за их движениями, Шей понял, что она действительно видит других существ. У нее было «зрение», как и у Даонаинов.

Сделав медленный вдох, она хмуро уставилась на Шея.