Рок самодовольно залыбился, как детсадовец, которого похвалили за то что ночью сам сходил до унитаза, но сразу же снова набычился.

- Зря ты меня внутрь не взял.

Ага, зря. С Сашкой против превосходящих сил противника мы бы потрепыхались минут на пять дольше. Да и не Сталинград устраивать шли, просто побазарить. Как оказалось, старина Анзор не приверженец пустой болтовни.

- Кто-то же должен был пасти улицу. Молодец, что сам к нам не полез.

Рок выдал второй дубль победной ухмылки, но вдруг настороженно встрепенулся.

- Я, по ходу, голоса слышу! Там! - Рок уверенно ткнул недокурком мне за спину.

Секундой ранее чуткими органами слуха я тоже засек звуки, доносящиеся со стороны близкого водоема. Несмотря на кажущуюся грузность восьмипудового тела, двигался Рок по-звериному легко и даже грациозно, видимо, сказывалось боксерское прошлое. Он сорвался с места как призер соревнования гончих псов и не скажешь, что совсем недавно орошал округу фонтаном из рвотных масс.

- Притормози, братишка, меня погоди! - поспешил окликнуть я, так как не хотел, чтобы Сашка присвоил себе все лавры открытия.

Мы с шумом и треском преодолели заросли чахлого кустарника, после чего безбоязненно выпялились на поросший осокой речной бережок. На противоположном краю водной глади, метров в тридцати от нас возле полузатопленной большой деревянной лодки на фоне темного леса возились какие-то гаврики числом больше десяти. Пятеро пасли на берегу, лениво опершись на длинные колья, остальные копошились в притопленном деревянном судне и изредка что-то выбрасывали из недр посудины на сушу.

Тот, кто строил это корыто, несомненно страдал неизлечимой гигантоманией. Из правого борта лодки точно лапки мертвой многоножки под наклоном к воде торчал ряд из шести весел, а из центра плавсредства грустно наискосок смотрел в небо огрызок мачты. Своими размерами эта деревянная шаланда превосходила любую из виденных мной лодок минимум в пять раз. Рядышком с огромным собратом, воткнутая носом в камыши, покачивалась на слабой волне лодка обычной величины.

Выполняющие такелажные работы мужики походили на старорежимных крестьян, такие же бородатые и стремно одетые.

- О, точно - марсиане! - радостно гоготнул Рок и заорал во всю глотку: - Эй, там! Привет, гуманоиды! Алло, на том берегу!

Рока заметили, что неудивительно при такой фактуре и зычном как у священника гласе. Заметили и засуетились. У двоих из тех, что стояли на берегу, в руках оказались изогнутые палки живо напомнившие мне предания о благородном стрелке Робин Гуде.

- Падай! - заорал я, срывая голос. - Ложись, дура! - шлепаясь на бок, я изо всех сил пнул Рока под колено. Он рухнул рядом со мной и обиженно вытаращил свои васильковые зенки.