Они стояли на перекрестке двух дорог. Ей на север, им – на юг. Ветер дул девушке в лицо, от чего слезы стояли в ее глазах… У Антона щемило сердце. Сейчас он особенно остро ощущал себя предателем.

– Даже не знаю, встретимся когда-нибудь или нет…

И все-таки по щеке Оксаны побежала слеза.

– Прости.

Антон решительно повернулся к девушке спиной, подошел к своей «семерке». Но у самой машины остановился, повернулся к Оксане.

И она тоже остановилась. Обернулась к Антону и помахала рукой. Ей было горько осознавать, что в этой жизни она оставалась одна. А у него ком стоял у горла при одной мысли, что больше он не увидится с Оксаной.

Девушка очень волновалась. И не замечала, что стоит посреди дороги. Она не видела несущуюся сзади машину. Антон же слишком поздно понял, что иномарка мчится прямо на нее.

– Оксана! – заорал он.

Девушка решила, что он зовет ее к себе. Счастливо улыбнулась и шагнула к нему. В этот момент все и произошло… Она кубарем перелетела через машину, рухнула на асфальт.

Антон заметался. Он не знал, что делать. Преследовать иномарку, которая даже не сбавила ход, или бежать к Оксане. Первое казалось делом безнадежным, поэтому он выбрал второе."

"Оксана лежала на спине в неестественной позе. На лице – застывшее недоуменное выражение. Глаза закрыты, дыхание слабое, пульс еле различимый. Антон хотел взять ее на руки, чтобы донести до машины, но вовремя вспомнил, что этого делать нельзя. Врач должен был обследовать Оксану на месте, а потом уже принять решение… К счастью, мимо проезжала машина патрульно-постовой службы. Милиционеры сначала вызвали по рации машину «Скорой помощи». И только затем стали выяснять личность Антона. С подозрением пролистали его узбекский паспорт.

– Вот, в Россию хотели вернуться, на историческую родину.

– Беженцы на юг обычно едут. Или в Москву.

– Лучше бы мы вообще сюда не приезжали! – кивком показав на безжизненную Оксану, сказал Антон.

Аргумент был принят, претензии сняты, паспорт возвращен. А Оксана как лежала, так и продолжала лежать.

3– Ну что я вам могу сказать, молодой человек… – безнадежно вздохнул полнотелый врач с крупной бородавчатой родинкой на носу. – Положение очень серьезное. Двойной перелом позвоночника. Жить ваша супруга будет, но…

– Что но? – тоскливо спросил Антон.

Он и сам понимал, что для Оксаны настали очень тяжелые времена.

– Ходить будет?

– Будет, – опустив глаза, кивнул врач. – Но только под себя…

– Это не смешно, доктор, – сердито насупился Антон.

– А никто и не смеется…

– Может, можно что-то сделать? Москва там, Швейцария…

– У вас есть деньги на Швейцарию?

– Нет, но, если надо, я что-нибудь придумаю…

– Не надо. Вашей супруге никакая операция не поможет… Помочь ей может только ваше участие.