Во-первых, посмотреть человека в деле, а во-вторых, Сашу предупредили. Люди, знающие этого кандидата по работе, советовали не показывать его нежным дамам и нервным детям. Дело в том, что речь Ивана Ивановича Старицына изобиловала узкоспециализированными терминами с преобладанием медицинских. «Разговаривает многочленами», – охарактеризовал его один из источников.

По стройке летало раскатистое «в р-р-рот!». Это кандидат из вежливости пришёл заранее, чтобы оценить обстановку, и успел познакомиться со сторожем. Квадратная фигура Старицына размахивала руками, словно наказывая воздух.

Ральф – вот же чуткое животное – признал в Иване Ивановиче авторитета и не гавкал. Он бродил следом за Старицыным с кирпичом в зубах, надеясь поиграть в «апорт».

– Здорово, начальники! – заорал Старицын, завидя Сашу и Филиппа, и чуть не обломал им руки могучим рукопожатием.

– Ну, вот наш объект… – начал Саша, машинально отступая назад, как от обжигающей печи. Темперамент у Ивана Ивановича был бычий, а повадки медвежьи. Он будто бы вполуха слушал о целях и сроках стройки и вдруг, засунув руки в карманы, выдал:

– Неинтересно мне у вас тут прорабом быть.

Давай весь объект на генподряд, тогда да. У тебя тут всё равно никого нет, кем командовать-то? А я со своими парнями прям завтра могу зайти, – сказал он, если отбросить не относящиеся к делу слова-паразиты.

Инициатива была актуальна и потому интересна.

– Какие ваши предложения? – спросил Саша, пытаясь скрыть излишний энтузиазм.

Старицын на секунду отвлёкся, чтоб пробить соплей сугроб, и затем поведал о своём видении перспектив. Не ведая об уловках, которые соискатели вычитывают в Интернете накануне собеседования, он взял и продал себя работодателю.

Просто рассказал по пунктам, как он достроит этот дом. Тут же ударили по рукам.

– Что-то я не вижу тут у вас материалов, чтоб внутрянку делать. Как завтра начинать?

Замечание озадачило начальников, поскольку трубы, утеплитель, электрика и прочее добро, конечно, покупалось заблаговременно и складировалось на стройке. И теперь вдруг оказалось, что его тут не оказалось. Выходит, Ямов похозяйничал не только в банковском счёте. Было очень неловко проморгать целую фуру материала накануне прихода нового генподрядчика.

– Вот такая коазия… – подытожил Старицын. Коазия была смесью оказии и коллизии и в речи применялась для украшения, как редкое умное слово.

Друзья решили не делать секретов и кратко, но экспрессивно выложили историю трудового пути Ямова. В ответ Старицын высказался на тему принадлежности Ямова к тем или иным меньшинствам."

"– Коазис… – добавил он в конце. Коазис был коазией мужского рода.

Самые печальные глаза на свете

Сторож согласился с тем, что обычно на стройку материалы привозят, а не наоборот.