В этом сезоне это последний шанс реабилитироваться, и упустить его ты не имеешь права.

- Мм... – со стороны диванчика послышалось знакомое мычание.

- Следующий вектор – имидж. – От одного из прямоугольников вниз протянулись три стрелки. – Мы не станем опровергать слухи. Во-первых, поздно, а во-вторых, малоэффективно. Вместо этого мы заведем тебе аккаунты в соц.сетях и напишем свою версию событий. Новую правду. Пусть фанаты и журналисты спорят до потери пульса о том, что было на самом деле, а заодно раскручивают твое имя.

В этот раз даже «мм...» в ответ не прозвучало."

"- Для наполнения официальных страниц, - продолжила я, - нам понадобится хороший пресс-кит: фотографии с тренировок, фото посещений школ, благотворительных мероприятий и фото с «любимой и единственной» девушкой. Фотографа я беру на себя. У нас работают профессионалы экстра-класса, твоя задача – всего лишь явиться в нужное время и в нужное место.

Не медля, я взяла со стола заготовленный лист с перечнем локаций для фотосессий. Расписание тренировок удалось узнать заранее, потому в одобрении моего графика можно было не сомневаться.

- Вот, - протянула Клюеву. – И очень прошу, подстригись. Новый имидж требует жертв. Нужно. Очень нужно.

Я тряхнула рукой с листком прямо перед носом Ника, но он даже не дернулся.

- Николай.

В груди кольнуло от неприятной догадки. Опущенная голова, ровно вздымающаяся грудь, молчание...

- Клюев! Ник, – так и хотелось добавить «твою мать», -  ты спишь?!

Я воскликнула так громко, что даже за дверью что-то грохнулось. Нечасто в моем кабинете раздавался крик. Странно, что Карабас с нарядом охраны не прибежал.

Но угадайте, какой была реакция моего нового и самого «желанного» клиента? Даже не верилось, что такое возможно! Дернувшись все телом, он всхрапнул. Громко, по-мужски, с закрытыми глазами, и как спал, так и продолжил спать.

Ник.

К тренировке побочный снотворный эффект обезболивающего прошел, а после тренировки я вообще ощущал себя новым человеком. По телу разливалась приятная усталость, и, наконец, прошел звон в ушах.

Последнему изменению я был особенно рад. После пламенных речей одного блондинистого диктатора в голове словно регулировщик со свистком поселился. Ни громкая музыка в машине, ни крик в рупор помощника тренера не могли избавить от навязчивого звона. Уши предали меня, и даже боль в плечах отошла на второй план.

Теперь - хвала тренировке - можно было жить. Двенадцать подвигов? Да запросто!

- Хорошо-то как! - Оглядев пустые трибуны ледовой арены и сцену, где уже начинали тренировку девчонки из группы поддержки, я расслабленно раскинулся сразу на три сиденья.

Сидящий рядом Борька Конев забрал из моих рук бутылку с водой и сделал жадный глоток.