Где та забитая девочка, почти оболочка, из клиники?

Эта львица на фоне священных огней и древних песков заставила потерять дар речи.

Наверное, звериное желание к ней как к женщине, желание не просто защитить и помочь, не просто наказать за пренебрежение, а покорить именно как женщину, добиться вожделения на равных, возникло именно тогда…

Она была другой. Многоликой, лукавой, манкой, словно бы околдовывала, вводила в транс, светилась огнем изнутри…

Тогда я впервые задумался, что с Сибиль они не уживутся.

Тогда я понял, что не смогу претворяться перед курдиянкой, что Инна- просто одна из.

Схема, которую я сам себе нарисовал, сломалась.

Ее сломала бабилонянка…

И продолжала ломать день ото дня…

И сейчас тоже… Снова и снова, каждый день возводя передо мной все более сложные комбинации и неприступные стены.

Уже пятый день она испытывает мое терпение своим нежеланием не просто слушать меня, но даже разговаривать.

Отказывается есть.

Не идет на контакт.

У Увейдатов есть одна плохая черта, которая в то же время здорово помогает им по жизни…

У нас напрочь отсутствует терпение и терпимость…

И сейчас Инна играла с огнем…

- Приведите мне ее,- произнес, отшвыривая от себя остывшую тарелку с едой, потому что она опять не соизволила ответить на мое приглашение поужинать вместе.

Это она бежала! Это ее я нашел с другим в одной постели!

И она еще смеет вести себя так, словно бы делает мне одолжение!

- Она отказывается идти, господин…- робко произнесла Кассия, яя верная прислужница, которая одна сейчас и имела на нее влияние…

- Значит, притащите за волосы!- мой гнев рокотал дикими всполохами.

Приступы ярости вернулись. И причиной их была она… Она одна…

- Я ненавижу тебя, Карим Увейдат! Будь проклят тот день, когда ты обратил взор на мою родину! Когда я встретила тебя, что бы тобой ни руководило! Я сделаю все, чтобы ты страдал и мучился!- обрушила она на меня поток ругательств, стоило только прислужникам принести ее брыкающуюся на руках в мои покои.

Уже неделю я жил в старинном дворце Ашуров в Бабилонии.

Не скажу, что мне нравилась эта архаика, но уезжать сейчас обратно на Кипр с такой Инной тоже было неправильным.

Здесь хотя бы ее люди, которые могут на нее повлиять.

Нельзя списывать со счетов, что она может быть неадекватной, как говорил ее отец…"

"- Истеричка в тебе- это явно русская генетика от матери,- ленив потянулся на диване, небрежно стряхивая пепел с сигары прямо на пол,-неинтересно, Инна. Устал от твоих угроз. Может лучше поговорим все-таки? Ты бежала, но провалилась. Я тебя нашел.