Глава 25

Господи, как болит голова…

Хочу пить…

Не могу пошевелиться.

– М-м-м… – стону и хватаюсь руками за голову. – Бли-и-и-и-ин…

Ощущение, будто череп сейчас расколется на две половины. Или на четыре.

– Не трогай… – слышу знакомый голос над головой.

Шершавые теплые руки убирают мои ладони от моего же лица.

– Антон?.. – хрипло шепчу я.

Я не берусь открывать глаза. Мне почему-то кажется, что это может спровоцировать адские боли в голове. Последние рюмки были лишними. Мне никогда не было так плохо от текилы. Что за хрень?

Чувствую, как в руку суют стакан.

– Выпей… – говорит Бес, помогая мне приподнять голову.

Хочу попросить его говорить потише, но мне больно разговаривать.

Это какое-то лекарство. После двух глотков начинаю давиться.

– До конца… – настаивает мой экзекутор, подталкивая стакан.

Не знаю, сколько я там выпила, но он от меня отстал.

Только сейчас более-менее начинаю чувствовать свое тело. Я лежу на кровати. Я дома. Понимаю это, потому что под головой у меня ортопедическая гелевая подушка. Чувствую, как просел матрас.

– Можешь открыть глаз? – спрашивает Наумов, кладя руку на мое бедро.

Вопрос странный. С чего бы мне не смочь открыть «глаз».

В этот момент мою голову заполоняют образы! Дергаюсь и распахиваю глаза. Вернее сказать, с одним глазом у меня, и правда, проблемы. Не могу его открыть!

Моргаю единственным видящим и смотрю на этого психопата.

Только посмотрите на него, сама серьезность!

Как насчет раскаяния?

У него вата в носу и синяк под глазом. На серой футболке кровь. Если бы у меня были силы, я бы наградила синяком второй его глаз, но меня гораздо больше заботит мой собственный! Тяну руку, но Наумов тут же отбрасывает ее в сторону.

– Не трогай… – бубнит он. – Там мазь…

– Дай. Зеркало, – сипло требую я. – На полке в ванной…

Бес сидит не двигаясь.

– Быстро! – хриплю я.

– Бл*ть, – ворчит он. – Может не надо?..

– Антон!

Тяжко вздохнув и придержав ребра татуированной рукой, встает. Похоже, Костик ему знатно навалял. А где Костик? Окинув себя взглядом, вижу все ту же красную тюлевую юбку. Смотрю на окно, за ним светло. Который сейчас час? В квартире холодно, нужно купить обогреватель. Вижу Палкашу у себя в ногах. Он спит, свернувшись под одеялом в колачик. Ему холодно. Мне тоже.

Наумов возвращается спустя тридцать секунд. Теперь замечаю, что у него на коленке дырка. И вообще, он весь пережеванный.

Тяну руку и пальцами показываю «дай!».

– Алёнушка… – бормочет он, потирая переносицу.

– Дай сюда! – шиплю я.

Господи. Я вспомнила, как его здоровенный кулак прилетел прямо в… в мой глаз. Как он еще шею мне не свернул?

Поднимаю зеркало и в ужасе вскрикиваю.

Срань господня!"

"– Завтра отек сойдет… – осторожно замечает Бес, уперев руки в бока и напряженно наблюдая за моей реакцией.