Когда он так смотрит… внимательно и исподлобья, мне хочется забраться к нему на колени и потереться носом о его шею. Не нужно было с ним ходить, нужно было проявить характер.

Он опять сделает мне больно…

– Алёна?.. – зовет Антон.

Очевидно, меня опять «космос вызвал».

Встряхиваюсь и отвечаю:

– Говори, что хотел, и я пойду.

Его дар в виде чая демонстративно отвергаю. Он молчит некоторое время, а потом спокойно говорит:

– Когда я попросил тебя свалить – имел в виду из квартиры, а не из города.

С недавних пор слово «свалить» мое нелюбимое. Как кодовое слово, после которого в голове щелкает.

Спокойно.

Я справлюсь.

Смотрю поверх его головы и говорю:

– У меня много дел. Я не собираюсь сидеть тут с тобой и болтать…

– Я перегнул палку. Извини, – вдруг прерывает меня Наумов. – Я очень разозлился. Я не думал, что ты так все воспримешь.

Не думал? Разумеется, куда ему! Он ведь не влюблен в меня до безумия.

Перевожу на него глаза. Лицо спокойное и решительное. Он всегда спокоен и уверен в себе. Если бы он сказал мне нечто подобное в тот же день, я, без сомнений, расплакалась бы от счастья. Но он говорит мне сейчас. Через два месяца! Когда мы случайно встретились в многомиллионном городе! За кого он меня принимает?

– Некоторые вещи лучше делать вовремя, – твердо отвечаю я.

– Ты сказала, что любишь меня. Что, больше не любишь? – спрашивает, вскинув бровь.

Скольжу взглядом по его лицу. По ровным бровям, раскосым глазам, прямому носу и вкусным губам.

Люблю.

Очень.

Смотрю на свои руки некоторое время, потом на стену за его спиной, потом опять на него. Бес затаился и ждет.

Что ж, пожалуйста.

– Я думаю, ты недостоин моей любви, – чеканю свою новую жизненную установку так, будто сама в нее поверила. – Ты обошелся с ней слишком небрежно. Я… найду своего мужчину и отдам ее ему.

Вот так.

Антон сверлит меня недобрым взглядом. Не знаю о чем он думает, но с меня хватит.

– Я пойду, – говорю тихо, собирая свои вещи. – Всего хорошего.

– Я тебя отвезу, – тихо, но уверенно говорит он в ответ и встает.

Это выводит меня из себя. Вскакиваю. Даже на десятисантиметровой платформе мне приходится смотреть на него снизу вверх.

– Ты слышал, что я сказала? – рычу ему в лицо.

– Слышал, – отвечает и застегивает куртку.

– Отвези кого-нибудь другого, – советую так, что на нас оборачиваются другие посетители. – Свою подружку Веру, например!

Зачем? Зачем я это сказала? Это звучит так, будто мне есть до него дело!

– Будем здесь ругаться или выйдем на улицу? – интересуется мой оппонент, натягивая на руки кожаные перчатки.

Проношусь мимо, двигаюсь по универмагу, как разъяренный бык. Выбежав на улицу, натягиваю на голову шапку и устремляюсь в сторону своей машины. Ноги опять разъезжаются, и я начинаю падать, но Антон снова дергает меня за шиворот и ставит прямо.