Довольно частые переговоры с иностранными партнёрами, потому что штатный переводчик имела только слабый разговорный английский, а Лена свободные английский, немецкий и французский.

Зато штатная переводчица – длинноногая силиконовая блондинка – была любовницей директора института, а Лена простой наёмной служащей. Но её это не задевало. В обычные не авральные дни она была далека от начальства и глаза им не мозолила, а, значит, и они её лишний раз не видели. На переговорах же было не до синхрониста: главное, договор обсудить и заключить.

И вот сегодня секретарша директора вызвонила Лену из её подсобки, под громким названием «архив» и передала приказ директора: выглядеть соответственно к обеду, который состоится в «Пирамиде» – пафосном ресторане рядом с офисом. Лена там будет для перевода. Гости совершенно не говорят по-русски.

Обычно в таких случаях гости имеют своих переводчиков, но директор всегда брал с собой Лену, потому что ему необходимо было знать о чём говорят партнёры между собой. Любые нюансы беседы были ему важны. Так-то правильно, мало ли какие подводные камни обнаружатся. Лена это понимала и соглашалась присутствовать, да и денежку за это платили приличную.

А то, что она сидела не за столом, а позади директора с блокнотом в руках, её нисколько не задевало. У каждого своя роль. Пусть любовница украшает собой застолье, а Лене достаточно уважения по работе.

Так вот, Лена открыла дверь квартиры своим ключом, и, не глядя вокруг, ринулась в спальню, к гардеробу. Времени на переодевание оставалось совсем мало. Но с разбега резко остановилась. Спальня была занята. В ней были двое и совсем не те, кто должен и мог бы там быть. На кровати обнаружился муж Володя и соседская девчонка-оторва Ксюшка.

– Ты что здесь делаешь? – невольно вырвалось у Лены. – Тебе хоть восемнадцать есть?

– Эй, эй, падра! Не вздумай тут хейтиться! Мне нах не нужен твой чел! Так по приколу перепихнуться. Я уже сливаюсь.

Ксюха без зазрения откинула одеяло и, в чём мать родила, поднялась с кровати. Не торопясь начала одеваться и с любопытством кидала оценивающие взгляды на Владимира и Лену: мол, когда начнутся боевые действия."

"Но Владимир сконфуженно молчал. Только вчера он уверял Лену, что завтра весь день будет бегать по собеседованиям. Ну, вот такие у него беседы. Лена молчала, потому что не считала нужным разговаривать с обоими. Она вдруг внезапно совершенно другими глазами увидела мужа. Бывшего мужа, поправила себя мысленно, и поняла, что им давно не по пути.

На душе стало так легко, как будто она освободилась от тяжкого груза, и теперь Лена, как и Ксюха только наблюдала за событиями, правда, с другим выражением. Ей хотелось поскорее освободить свою квартиру от посторонних элементов.