Я чувствовала, что муж опять закрывается от меня, словно между нами медленно опускается бронированная дверь.

— Поэтому вы с дядей… — сглотнула я, переживая, что вот-вот потеряю расположение Влада.

— …так близки. Да. И я многое прощаю ему, — согласился, продолжая говорить обжигающе-ледяным тоном. — Наши семьи всегда были в хороших отношениях. Дядя долгое время работал в клинике отца, возглавлял урологическое отделение. Правда, у них были некоторые разногласия, впрочем, как и у нас сейчас, — откашлялся Влад. — Тем не менее, после гибели родителей я, не задумываясь, выбрал дядю.

— Выбрал? — меня саму начинали раздражать мои односложные вопросы, но я опасалась сказать что-то лишнее."

"— Да, — произнес Углицкий так, словно находился сейчас на собеседовании, а не о семье своей вспоминал. — Дед хотел забрать меня, готовил все необходимое, чтобы оформить опеку. Но на суде я сделал выбор в пользу дяди, так и остался жить в их семье. Вепревы отремонтировали этот дом после пожара, и почти сразу мы вместе переехали сюда. Они сами по себе были не очень богаты, дед же и на них обозлился, вычеркнул из завещания из-за личной неприязни к дяде, так что тому пришлось карабкаться самостоятельно… Ну а со мной все понятно. Выучился, вступил в имущественные права, продолжил дело отца, — побарабанил пальцами по столу. — Хочешь знать что-то еще?

Отрицательно качнула головой и, понимая, что не могу больше сдерживать свои эмоции, молча встала, взяв кружку с недопитым кофе, и направилась к раковине. Включила воду и оперлась руками о край столешницы, пытаясь восстановить дыхание.

Но вдруг ощутила горячие ладони на моей талии и легкий поцелуй в шею.

— Что с тобой, Марина? — взволнованно шепнул Влад мне в волосы. — Я опять сделал что-то не так?

Обернулась, упираясь поясницей в кухонный шкаф.

— Нет, — просипела, укладывая руки мужу на плечи. — Боюсь, ты снова решишь, что я тебя жалею, и разозлишься, — призналась, но тут же затараторила. — Но это не жалость! Просто вся ситуация настолько ужасная, что я не могу относиться к ней равнодушно…

— Совсем я запугал тебя, да? — горько усмехнулся Влад, поглаживая мою спину.

— Ну, пятьдесят на пятьдесят, — хмыкнула я, неопределенно взмахнув кистью. — Просто чаще всего ты превращаешься в камень, и не пробиться сквозь твою броню, — произнесла абсолютно искренне и с надрывом. — Страшно, что просто раздавишь ненароком, растопчешь — и не заметишь, — закончила тише и виновато прищурилась.

Влад крепче обнял меня и посмотрел прямо в глаза с какой-то необъяснимой болью.

— Ты можешь доверять мне, Марина, — серьезно произнес он. — Я не представляю для тебя опасности, — отчеканил, выделяя каждое слово. — Веришь? — спросил с надеждой.