"

"То ли в комнате стало темнее, то ли я на какие-то секунды провалилась в небытие, но прихожу в себя от того, что Мирон хватается за резинку моих штанов и резким движением стягивает их вниз, оставляя меня полностью обнаженной перед собой.

– Мирон, – испуганно сжимаю ноги, когда он разводит мои колени в стороны и нависает сверху.

– Не бойся, я буду нежным, – шепчет он мне на ухо, снова расталкивая мои ноги коленом.

– Мирон, нет! – хватаюсь за его шею и пытаюсь хоть как-то отдалиться от его бедер. – Я девственница!

25. Мирон

Забава цепляется мне за шею так, что, кажется, вот-вот задушит. Ее слова не то, чтобы выбивают меня из колеи, но доходят не сразу. Замираю.

Мы остановились на самом интересном месте, поэтому мое тело бунтует и требует продолжения. Сдерживаюсь усилием воли, потому что она испуганно шепчет мне на ухо мольбы о пощаде.

– Остановись, пожалуйста, – слышу ее писк на грани с истерикой сквозь долбящий в висках пульс.

– Девственница? – уточняю еще раз на всякий случай.

Забава кивает.

Немного отстраняюсь и она тут же отпускает меня. Чувствую, как шарит рукой по дивану и натягивает на себя одеяло. Не даю ей этого сделать. Откидываю его обратно и упираюсь лбом в ее дрожащий живот. Член ноет от возбуждения, но я терплю, сжимая зубы.

Этих три долбанных ночи рядом с ней – пытка.

– Хорошо, я буду очень аккуратным, – целую ее нежную, будто полупрозрачную кожу. Еще в бане я обратил внимание на то, какая она тонкая.

Забава вся как будто из тончайшего фарфора. Похожа на коллекционную статуэтку. Кажется, только тронь – тут же останется отметина. Красивая и недоступная, она вызывает желание обладать ей.

Только когда высокомерно задирает нос, хочется ее прибить.

Забава… имя такое странное. Раньше оно меня раздражало, а теперь я его мысленно повторяю то и дело.

Да она вся с первой встречи меня раздражала, с первого взгляда. Потому что сразу было понятно – другая. Сложная. Редкая. Не похожая ни на одну, что была у меня до нее.

Разные были. Такой не было. И от этого мне еще больше хочется, чтобы она была моей.

Мне не нужна ее покладистость. Мне нравится ее огонь. Мне нравится то, как между нами искрит каждый раз. Блин, да я специально вывожу ее на эмоции, потому что она щедро осыпает меня ими, а не бегает и не вымаливает мое внимание!

– Нет, Мирон, ты не понимаешь! Я не готова! – Забава пытается меня отстранить, чем еще больше заводит.

Хочу. И добьюсь.

– О, нет, – начинает она елозить и пытаться выбраться из моих рук, когда я опускаюсь поцелуями ниже пупка. – Прекрати!

– Расслабься, – усмехаюсь, упрямо целуя ее еще ниже, снова и снова. – Тебе понравится.

Забава начинает дрыгать ногами и больно попадает мне в плечо. Морщусь.

– Ты, дикая! – немного отстраняюсь и придерживаю ее за щиколотки.