— А что я умею, знаю? Как это выяснить?

— Насколько мне известно, ты должна много знать о людях, — ответил повелитель. — Их язык, письменность, культуру и обычаи. Почему-то тебя сильно интересовала эта тема.

— Вот как… — пробормотала я. — А есть во дворце тот, кто хорошо знал меня? Может, среди слуг?

— Нет, — Тайронир отрицательно покачал головой. — Ты почему-то не пожелала взять никого из дома матери. Кстати, по твоей недавней просьбе за ней послали. Если вдовствующая королева все-таки решит прервать свое уединение, вы скоро увидитесь.

— Было бы неплохо.

— Ленариэль, нам пора возвращаться. Мы продолжим наш разговор во дворце. Нужно сделать ряд распоряжений. Сегодня мы объявим о том, что прошли обряд единения, а завтра состоится празднование. Не такое пышное, как ты хотела, конечно, но не менее торжественное. Народу тоже нужен повод для радости.

С этими словами эльф протянул мне руку, предлагая следовать за ним. Обратный путь из священной рощи показался совсем коротким — я обдумывала слова Тайронира. В принципе, хоть брак у нас и политический, Ленариэль грех было жаловаться — ее жених вполне вменяем и с ним можно договориться. Даже, вроде бы, согласился не настаивать на совместной постели. Вот чего этой эльфийке, в чьем теле я нахожусь, не хватало? Зачем ей нужен был роман с советником?

Очень хороший вопрос. И мне нужно срочно понять, как найти на него ответ. Боюсь предсказать реакцию Тайронира, если он узнает, что Ленариэль была ему не верна. Кстати, он же в разговоре с Вериселем, который я подслушала под дверью, говорил о том, что подозревает Ленариэль в том, что у нее был любовник.

Ну да. Нашел, кому это говорить. А сам Верисель считает, что потерю памяти я разыграла, чтобы…

Чтобы что, кстати?

Я вздохнула. Такое впечатление, что чем больше я узнаю, тем большое появляется новых вопросов.

Словом ситуация у меня — не позавидуешь…

Когда мы вышли из священной рощи, перед глазами предстало любопытное зрелище. Невдалеке толпилась группа личностей в зеленых плащах с надвинутыми на глаза капюшонами, а сама роща, насколько хватало глаз, была оцеплена по периметру стражниками.

Завидев нас, от группы в плащах отделился эльф, и стремительно направился к нам.

Стражники перед ним расступились.

— Верховный маг Ллиарериэль ди Ранимир, — кивнул Тайронир, взяв мою руку и разместив у себя на локте.

— Повелитель, — небрежно поклонился подошедший эльф, откидывая с головы капюшон.

На его гладком лице не было морщин, а волосы насыщенного каштанового цвета не тронула седина. И вместе с тем чувствовалось, что свой первый рассвет верховный маг встретил далеко не в этом столетии. Его выдавали глаза — прозрачно-серые, они таили в своей глубине опыт, мудрость и скорбь прожитых лет.