Спустившись, Полли неуклюже схватилась за ручку чемодана — единственного уцелевшего из всех вещей по той причине, что ехал он со мной в экипаже. Я жестом велела ей оставить поклажу, но Полли, упрямо мотнув головой, вцепилась в ручку, всем своим видом демонстрируя желание услужить. Решив не спорить, я подобрала юбки длинного платья, и неспешно направилась наверх.

— Осторожнее, а то упадешь, — проворчала мне вслед милая старушка, однако ее пожелание звучало как угроза. — Через час обед в гостиной. Познакомишься с остальными. И не опаздывай, Анфрой!

Невесть из-за чего леди Мойра упрямо продолжила величать меня Анфрой и за семейным обедом. Когда я оказалась в наших с Энтони покоях, Полли любезно разложила мои вещи, не переставая мило болтать. Из ее слов я узнала, что в поместье проживает леди Мойра; вторая жена лорда Кастера — леди Глэдис и ее дочь — Присцилла, а также дядя Энтони и его ученик — Филипп Лавин.

Сама Полли, хоть и не относилась к числу прислуги, так как была прислана из Стиуза в качестве сиделки и личной помощницы леди Мойры, за общим столом не обедала, а ела на кухне. Но это не помешало улыбчивой и разговорчивой девушке проводить меня до столовой, где уже собрались остальные члены семьи.

— Прошу любить и жаловать, — скрипучим голосом произнесла леди Мойра, как только я вошла в просторное помещение. — Леди Виринея Анфрой, жена моего обожаемого внука.

Отметив, что старуха заняла мое место — напротив главы семьи, я усмехнулась и нагло села на стул, предназначенный для Энтони, вызвав удивленные взгляды и шепоток. Сама леди Мойра и глазом не моргнула, продолжая есть салат из рыбы и свежих овощей.

— Рады познакомиться с вами, леди Виринея, — громко сказала девица с кислой миной, сидящая по правую руку от белокурой женщины в розовом платье. Девица была рыжей, и могла бы считаться симпатичной, если бы не презрительная гримаса на ее лице и опущенные вниз уголки губ. Это делало ее похожей на молодую, но печальную собаку, и я незамедлительно сделала вывод, что рыжая — Присцилла.

— Присоединяюсь к словам своей дочери, — подтвердила мою догадку светловолосая дама. — Меня зовут Глэдис Баллард, я — жена покойного лорда Кастера.

— Вторая жена, — вставила свои три копейки леди Мойра.

Глэдис, уныло качнув вилкой, продолжила:

— Как жаль, что мы не смогли присутствовать на вашей свадьбе. Видите ли, Присцилла заболела, и все внимание было отдано ей.

— Мама!

— Помолчи, дорогая, — обратилась Глэдис к дочери. — Но Эдвард нам все подробно рассказал. Мои поздравления, леди Виринея.

— Можно просто Виринея, — улыбнулась я.

Дядя Энтони — Старший дознаватель, нагонявший на меня жуткий страх в детстве, кивнул, и беззаботно отметил:

— И вы зовите меня Эдвардом, принцесса.